Книга Его исчезнувшие, страница 98 – Юлия Бузакина

Я молчу. Надо что-то сказать в ответ, но я не могу подобрать слова. Моя мать — бывшая судья. Если она пошла на поклон к Лизе, значит, действительно не подкидывала то портмоне. В противном случае ей бы честь не позволила прийти.

— Игорь, я весь день думаю — неужели я ошиблась тогда? Но кто, если не она?

— Лиз… Мой отец нанял частного детектива, чтобы выяснить, что произошло на самом деле три года назад. К сожалению, из-за давности происшествия вряд ли нам удастся получить доступ к камерам, да и не сохранилось ничего на них.

— Да уж, — горько усмехается она. — Знаешь, но мне кажется, если бы она действительно это сделала, то вряд ли бы пришла ко мне в палату.

— Если моя мать и в самом деле не виновата, жить станет намного легче. Остальное переживем. Хочешь, к психологу тебя запишем?

— А он поможет?

— Не знаю. Никогда к ним не обращался.

— Игорь… а что, если выяснится, что я чем-то болею? Что тогда?

Я шумно выдыхаю.

— Тогда мы тебя вылечим, — отвечаю уверенно. — Так что, чем скорее ты пройдешь полное обследование, тем лучше.

— Ладно, — помолчав, соглашается она.

— Лиза… — зову ее.

— Что?

— Я тебя люблю.

— Ты об этом пожалеешь, Игорь. Не нужна тебе такая, как я. Мама твоя права.

Я грустно улыбаюсь. Дурацкая ситуация, но при мысли о том, что Лиза не смогла уехать, на душе становится тепло.

— Просто скажи, что у тебя есть ко мне хоть капля ответных чувств! Разве я так много прошу?

— Нет, не много, — я чувствую, как она улыбается.

Вот и вокзал. Я сворачиваю на платную парковку, выключаю громкую связь. Прохожу через зону досмотра и вижу ее — хрупкую, нежную, беззащитную женщину, которая вытрепала мне все нервы.

— Лиза! — окликаю ее.

Она оборачивается. Испуганная, в слезах.

Я не могу сдержать эмоций. Сгребаю ее в охапку, прижимаю к своей груди и покрываю ее лицо поцелуями.

— Только попробуй еще раз уехать! — рычу отчаянно, а она улыбается тихой улыбкой. Той самой, которая всегда брала меня за душу. Касается осторожно пальцами моих колючих щек, ловит мой усталый взгляд.

— Я тебя люблю, Игорь, — шепчет тихо мне на ухо. — Только мне очень, очень страшно…

И я прижимаю ее к своей груди с такой силой, что она едва может дышать.

— Ничего не бойся, слышишь? Все будет хорошо, — шепчу ей в губы в ответ. — Тех, кто тебя обижал, посадят. Я с них не слезу, пока не получат по полной. С остальным справимся. Все, поехали домой. Надя и Марат заждались уже. Надя столько всего наготовила! Они завтра отправляются домой, будут обживаться заново.

— А мы?

— А мы с тобой выберем свободный день и отправимся в загс подавать заявление. Согласна?

Она отрицательно качает головой. Смотрит на меня пронзительным, печальным взглядом.

— Нет, не согласна. Слишком много всего стоит между нами. Брак со мной тебя погубит.

У меня в груди бурлит досада.

— А я от тебя все равно не отстану, — рычу уверенно.

Крепко сжимаю ее руку своей рукой и уверенно веду ее к выходу с вокзала. Знаю, у меня получится исцелить ее душу. Будет сложно, но я справлюсь. Просто знаю, и все.

Конец апреля

— Сегодня зарплату должны дать, — Диана Ветлицкая мечтательно посматривает за окно. — Если дадут, рванем с друзьями на праздники на природу. На шашлыки. М-м-м…

Я отрываю взгляд от ноутбука. Смотрю на нее испытующе.