Книга Леди уходят красиво, страница 104 – Юлия Бузакина

Он плеснул вина в оба бокала и протянул один ей.

— В средневековой Германии изменниц четвертовали. В Монголии таких женщин разрубали топором, а в Северном Вьетнаме затаптывали слонами. У нас же, на Руси, их просто пороли кнутом, а потом лишали приданого и выгоняли из дома. Как думаешь, что мне сделать с тобой?

— Мы не в Средневековье! – Варя сжала тонкую ножку бокала так сильно, что у нее побелели пальцы. – Ты сам подписал приговор нашей семье!

— Я не изменял тебе! – заорал Алик. Он приблизился к ней настолько, что она ощущала его дыхание, и схватил за горло. – Как ты посмела стать шлюхой?! Как?!

Воздух перестал поступать в легкие, и на миг Варе показалось, что муж задушит ее. Отбросив бокал в сторону, она вцепилась в его руку, вцепившуюся в шею мертвой хваткой, и с силой толкнула тяжелый деревянный стол.

Алик не удержался и отпустил ее горло. Кашляя, Варя вскочила с места и бросилась к дубовой лестнице, ведущей на второй этаж.

«Если мне удастся запереться в спальне, я смогу выбраться через окно», – мелькнула спасительная мысль, но она тут же угасла. Алик настиг ее почти мгновенно. Схватив за волосы, дернул на себя.

— Думаешь, тебе удастся избежать наказания? – крепко прижав ее к своей груди, прохрипел ей в лицо он и тут же с силой толкнул обратно к столу. – Сядь на место! И возьми бокал!

Трясясь от ужаса, Варя плюхнулась на стул и снова вцепилась пальцами в почти пустой бокал. Разлитое вино медленно растекалось по столу, а ей казалось, что это ее кровь.

— Если думаешь, что удастся отделаться парой синяков, ты ошибаешься, Варя. На этот раз я заберу у тебя самое главное – твою жизнь. Только заберу я ее красиво. Когда-то я считал тебя настоящей леди. Я ошибся. Ты оказалась обычной потаскухой. Но людям не обязательно об этом знать. Леди должны уходить красиво. И ты тоже уйдешь из жизни красиво – в самом дорогом вечернем платье, которое я смог для тебя достать, и с бокалом своего любимого вина.

— Ч-что? – не веря своим ушам, прошептала она. По лицу против воли покатились слезы.

Алик, наслаждаясь ее ужасом и беспомощностью, подлил ей в бокал вина.

— Поднимайся! – приказал он. – Бери бокал, и идем к месту твоего конца.

— Пожалуйста… Алик… – Она всхлипнула, и слезы потекли по щекам горячими струями. – Моя мама… она же не переживет, если со мной что-то случится…

— Твоя мама волнует меня меньше всего на свете, Варя, – презрительно усмехнулся муж. – Поднимайся! На другой стороне улицы есть заброшенная стройка. Застройщик разорился, и восьмиэтажная бетонная коробка осталась без хозяина. С восьмого этажа открывается великолепный вид на город, Варя. Ты должна это увидеть, прежде чем покончишь с собой.

— Я не хочу… пожалуйста… – Варя заплакала навзрыд. Не будет никакого ребенка у них с Германом. Пока он мчится в Волгоград, Алик просто столкнет её с восьмого этажа на кирпичи и бетон.

— Я сказал, поднимайся! – заорал муж и больно вцепился ей в локоть. – Не пойдешь – я зарежу тебя прямо здесь.

Нож щелкнул и уперся ей в живот. Варя, еще не успевшая полностью принять мысль о втором ребенке, дико испугалась за его жизнь. Это было глупо – опасаться за жизнь ребенка, когда ей самой оставалось жить всего несколько минут, но она все равно хотела сохранить его невредимым до самого конца.