Книга А мы с тобой не чужие, страница 95 – Юлия Бузакина

— Андрей… — шепчу ему в губы, обвивая его шею руками. — А как же мой сын? У него началась учеба…

— Даша, всего неделя. Думаю, твой мальчик сможет прожить без тебя одну неделю. Он и так живет у отца, и еще неизвестно, захочет ли вернуться к тебе. А если захочет, всегда можно договориться с бабушками. — Андрей умоляюще смотрит мне в глаза. — Давай поедем? Когда еще вырвемся за счет института?

Сжимаю ладонями его колючие скулы. Киваю.

— Давай поедем.

* * *

Утро первого сентября. Яркое солнце заливает светом все вокруг, намекая на то, что в обед будет жарко. Андрей притормаживает перед школой. Я сижу рядом с ним в нарядном платье, сжимаю в руках пышный букет астр. Я нервничаю. Хочу увидеть своего ребенка, и все. Больше мне ничего не нужно.

— Дашуль, ты уверена, что не хочешь, чтобы я пошел с тобой? — уточняет Новиков.

Отрицательно качаю головой.

— Не стоит, Андрей. Я сама. Надеюсь, мне удастся хотя бы поговорить с Данилом.

Он вздыхает.

— Ладно, я в банк, потом на работу.

— Встретимся в деканате.

Целую его в губы и выбираюсь из машины. Иду торопливо по дорожке к шумной толпе родителей и школьников, которые штурмуют порог школы.

Робко притормаживаю у разметки «Четвертый «А»», прижимаю к груди пышный букет астр. Рядом топчутся мамочки из родительского комитета, обсуждают, сколько денег собирать на подарок на День Учителя.

Я нервничаю, держусь рядом. Дети шумят. Учительницы еще не видно.

Оборачиваюсь к калитке и среди детей вижу Даню. Сергей ведет его за руку по дорожке к главному входу в школу.

Сердце сжимается — и от неприятного ощущения после вчерашней ссоры в больнице, и от радости встречи.

Замечаю, что у Дани рубашка помята, застегнута неправильно. Один угол ниже, другой выше. И цветов нет. Сергей тоже выглядит не очень. Неужели пил накануне? Знал же, что у ребенка сегодня праздник!

— Мама! — Даня замечает меня и выпускает руку Сергея. Бежит ко мне по дорожке.

Мое лицо озаряет улыбка. Наконец-то нормальная реакция! Тяну к нему руки, и он виснет на мне. Прижимается крепко-крепко.

— Дань, что с рубашкой? — спохватываюсь я после короткого мгновения счастья от нашей встречи. — А, ну, подержи букет.

Вручаю ему цветы и начинаю расстегивать пуговицы на белой рубашке, чтобы хотя бы правильно их застегнуть.

— Сереж, — поднимаю глаза на мужа. — Ну, почему ты не проследил за тем, как он выглядит? Сегодня же праздник!

Муж понуро отводит взгляд.

— Ангелина заболела, — поясняет угрюмо. — Всю ночь тридцать девять и три. Мы два раза карету «Скорой помощи» вызывали. Прости, не до первого сентября нам с мамой было.

— А может, надо было мне позвонить? Снять блокировку с телефона моего сына? И вообще, девочку родной матери вернуть? — отметая болезненные чувства по поводу имени, хмурюсь я.

— Нет, Даш. Исключено. Ребенок особенный, с ним очень сложно. Такая, как Юля, не потянет все трудности.

— А мама твоя, значит, потянет? — начинаю злиться. — Кто дал тебе право забрать ребенка у матери?

Сергей зловеще приподнимает бровь. — Может, право отца?

Я молчу. Не вижу смысла начинать ссору перед школой, где так много любопытных глаз. Сосредоточенно застегиваю пуговицы на рубашке Данила, пытаюсь ее хоть немного разгладить. Понимаю, что Сергей никогда не планировал отказываться от дочки, и от этого становится нехорошо. На что он надеялся? Что я переболею и приму ее в семью? Это после всего, что они с Юлей сделали? Да и я против того, чтобы мать лишали ребенка.