Книга Я не прощу 2, страница 43 – Юлия Бузакина

Вот и все. Тайник пуст. Два черных пакета заполнены пачками каких-то купюр и чем-то непонятным на ощупь, скорее всего, золотыми слитками и какими-то камнями. Не время разбираться.

Андрей осторожно закрывает дверцу тайника, и они с матерью крадутся обратно. Вокруг стоит зловещая тишина. Мертвые охранники все так же плавают в бассейне.

Соколовский отводит взгляд. Не к добру эта тишина. Надо убираться.

— Скорее, мама! — подгоняет он зазевавшуюся от ужаса у бассейна мать.

Они заталкивают пакеты в багажник и садятся в машину. Мать заводит мотор, и машина отъезжает от дачи.

Вдалеке слышен вой полицейской сирены. Он все ближе.

— А вот и следственный комитет! Долго ехали, голубчики! — фыркает Соколовский. Его накрывает паника.

— Поедем другим путем! — оглядевшись по сторонам, предлагает он матери, понимая, что груз в багажнике ее машины очень опасен.

Машина матери на полной скорости несется в темноте, они боятся включать фары.

Где-то позади территорию Орловских заполняют полицейские машины. Воет сирена, бравые полицейские опечатывают территорию.

Впереди мелькают сосны. Машину, в которой едут Соколовский и его мать, подкидывает, но Лидия Денисовна крепко держит руль. Когда дело касается жизни и смерти, она готова идти напролом. Даже возраст не помеха.

Вот и трасса. Вспыхивают фары. Машина вливается в поток других автомобилей. Все по правилам.

Андрей вдруг чувствует дикую усталость. Она наваливается внезапно, мешая мыслить. Глаза закрываются сами собой.

— Поехали к тебе, мама? Мне надо отдохнуть. С женой я встречусь завтра…

— Спи, Андрюша. Скоро будем дома.

Она похлопывает его по плечу, жмет на газ, и машина несется вперед.

В доме матери Андрей приводит себя в порядок. Контрастный душ и горячий суп помогают ему прийти в себя. Он вдруг осознает, что свободен. Свободен, черт подери! Он может отправиться домой. Не в вычурный дом Орловских, который был скорее тюрьмой, а в свой родной город! Даже похороны тестя его не задержат.

Эйфория и пьянящее чувство свободы дают прилив сил. Надо уезжать, пока не поздно! Желательно еще до рассвета, потому что груз, который Андрей собирается вывезти, не совсем легален.

И вдруг он вспоминает о Мелании, о никому не нужной малышке. Стеша сейчас окончательно сорвется с катушек, и что тогда будет с его неродной дочерью?

Лидия Денисовна наливает себе коньяк. У нее стресс, и она не может удержаться. Качает головой, выслушивая доводы сына.

— Андрей, не надо. Девчонка сложная, с ней проблем не оберешься! У нее есть мать, пусть она и заботится о ребенке! Просто отдохни пару часов и уезжай. Я дам тебе свою вторую машину, у меня есть доверенность на твое имя. Через сутки будешь на юге. Забудешь свой брак, как страшный сон.

Соколовский рассеянно смотрит на мать. Права она, ох, как права!

Потом он долго пытается заснуть на диване в ее гостиной. Ворочается с боку на бок, скрипит зубами. Ему даже удается провалиться в короткий сон.

Андрей вздрагивает, открывает глаза. Скоро рассвет.

Переодевшись в свои вещи, которые находит у матери, он собирается уезжать. Сейчас он совсем не похож на того Соколовского, которого привыкла видеть публика с экранов телевизора. Он в джинсах и толстовке, которые когда-то забыл у матери после очередной поездки на природу с тестем и его приближенными.