Книга Офисный магнат 2, страница 42 – Юлия Бузакина

Таша молчала. В огромных красивых глазах плескались слезы.

— Знаешь, мне… мне надо побыть одной, – тихо произнесла она.

— Таша! Пожалуйста… не уходи!

— Извини, мне… действительно надо побыть наедине с собой. То, что у тебя есть ребенок, это очень серьезно, понимаешь?

— Таша… Не уходи… Ну, прошу тебя!

Она медленно поднялась. Растерянно взглянула на него и развела руками. Опустив плечи, медленно вышла из его кабинета.

Виктор бросился, было, следом, но жена лишь отрицательно покачала головой. Вышла из приемной, и ее очень скоро поглотили двери серебристого лифта.

У Виктора опустились руки. В полицейском участке его ждал брошенный всеми ребенок, а Таша безмолвно ушла, оставив его один на один с кошмарами.

Кажется, так горько я еще никогда не плакала. Притихшая Тася забралась с ножками на диван и испуганно взирала на меня со стороны.

Я же, уронив голову на стол в любимой столовой с камином, захлебывалась рыданиями.

Мне казалось, что все мои мечты, все надежды и чаяния – рухнули в один миг. Ведь это я хотела подарить мужу сына! Наследника, которым он будет гордиться. А выходит, наследник уже есть? Получается, ребенок, которого Виктор так просил у меня, больше не нужен?

— Таша, возьми себя в руки! – внесла в столовую поднос с ромашковым чаем и фарфоровыми чашками бабушка.

— Это… это ведь я хотела подарить ему сына! А теперь… мой ребенок ему ни к чему?..

— Да что за глупости! Как, ни к чему? Вы прожили вместе почти пять лет. Скажи, муж тебе хоть раз изменял? У вас были прецеденты?

— Нет… но дело не в измене… эта женщина родила от него ребенка. Теперь она станет претендовать на его внимание.

— Виктор, конечно, не подарок. Но он любит тебя. Я уверена, он страдает от этого письма еще больше, чем ты. А теперь, когда мать мальчика задержали с наркотиками, все усложнилось. Что Виктору остается? Сдать сына в детский дом? А ты сама сможешь спать спокойно, зная, что его ребенок в детском доме, тогда как твоя дочь имеет все, что пожелает душа?.. Выпей чаю, Таша. Сейчас надо успокоиться. Эмоции – очень нехороший советчик. Откуда ты знаешь, что чувствует твой муж? Я его видела, он сам не свой.

— А как же я? Что мне теперь делать?

— Успокоиться, говорю же тебе. В твоем состоянии нервничать противопоказано. Выпей чаю… Тася, детка, принеси конфетки в вазочке и тоже садись пить чай.

Дочка исподлобья взглянула на меня и бабушку, а потом быстро соскользнула с дивана и подхватила хрустальную вазочку с конфетами.

— Мам, а он… страшный? – забираясь на стул, тихо спросила она.

— Кто? – непонимающе взглянула на нее я.

— Миша.

— Я не знаю… – из груди снова вырвались всхлипывания.

— Он не страшный, милая, – ласково погладила бабушка по головке напуганную Тасю. – Просто взрослые всегда боятся перемен. Особенно незапланированных. Но ведь если у мальчика никого не осталось, кроме нас, будет неправильным отдавать его в детский дом.

— У нас есть место! – расстроено взмахнула ручками Тася. – Мама! Зачем отдавать?

— Таша, – строго посмотрела на меня бабушка. – Ребенка надо забрать. Проглоти свою гордыню и поддержи Виктора. Он твой муж, и он страдает. Семейная жизнь на то и дана, чтобы вместе переживать все невзгоды. А сейчас что? Оттолкнешь его, чтобы он искал утешения у кого-то другого? Пусть мальчик поживет у вас. Потом, что там решится с его матерью, будет уже ясно. Но я уверена – если бы Виктор хотел, он бы женился на той женщине, а не на тебе. Скорее всего, она думала всех обмануть и тянуть из Виктора деньги, но у нее ничего не вышло. Сейчас ребенок в беде. И он не чужой. Будь мудрее. Твой муж должен быть рядом с тобой. Он только твой. А дети… что ж, дети даются Богом, и они – счастье. Было двое, станет трое. Еще для одной тарелки и кроватки в доме место найдется. Вы не бедствуете.