Книга Их жаркий ноябрь, страница 73 – Юлия Бузакина

— То есть, я не могу ему предъявить обвинение в похищении?

— Нет, не можешь.

Несколько мгновений мы молчим. Его слова — как удар в спину. Теперь я мысленно проклинаю себя за то, что решилась поехать к Косте на выходные.

— У тебя есть данные твоего мужа? Год рождения, желательно серия и номер паспорта? Я дам задание юристам, они попробуют пробить по базе данных, где у него есть недвижимость. Единственный минус — сегодня воскресенье. Никто не работает. Еву мы сможем забрать тем же методом, что и он. До суда нам никто ничего не имеет права сказать. Надо только найти его хваленый загородный дом. И установить слежку за твоей свекровью. Рано или поздно она выведет нас на Валеру.

Трель в сотовом телефоне. Вздрогнув, смотрю на экран. Номер незнакомый. Нажимаю соединение.

— Даже не пытайся найти Еву. Не делай себе хуже, — слышу голос мужа. — И своему бравому крестному передай, что если сунется, ему не поздоровится.

— Зачем ты ее забрал? Ты ведь даже не интересовался ее жизнью! — дрожащим голосом выкрикиваю я.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Ее воспитает моя мама. Она отлично знает, как правильно воспитывать детей. К сожалению, я женился на женщине, совершенно неспособной дать моему ребенку то, что ему нужно. Не ищи нас, все равно не найдешь. Встретимся в суде первого декабря. Я буду добиваться, чтобы тебя лишили родительских прав.

— Каким образом?!

Но в трубке раздались короткие гудки. Я прикусила губу и всхлипнула. Валера не шутил, когда обещал забрать Еву. Теперь он выполнил свое обещание.

— Что же делать, Костя?

— Искать, — понуро отозвался он.

Звонки, звонки, разговоры со следователем, с мамой и папой, зловещее молчание со стороны Валеры — вот чем были наполнены последующие дни. Я успела съездить в Краснодар и вернуться обратно в Ростов. Я трубку оборвала, пытаясь дозвониться свекрови и почти бывшему мужу. Макеевы не отвечали. Будто намеренно решили наказать меня молчанием за то, что я посмела подать документы на развод. Их молчание с каждым днем становилось все невыносимее.

Теперь, когда до суда оставались считанные дни, мы с Костей торопились. Бегали с документами, оформляя меня на работу в агентство недвижимости задним числом. Консультировались с адвокатом, обсуждая щекотливые вопросы на случай, если они всплывут. Сумбурно перезнакомились с его и моими родственниками, потому что уже было не до пафоса.

Но страшнее всего было по вечерам, когда активность сходила на «нет», и ее место занимала дикая паника. Я боялась за дочь. Одна мысль о том, что Валера может оставить ее без присмотра в загородном доме, сводила с ума.

По ночам мне снились кошмары. Как будто Ева где-то рядом, в смертельной опасности, зовет меня, а я не могу ее найти. Я просыпалась в холодном поту, и потом долго не могла заставить себя уснуть. До самого рассвета бродила по Костиной кухне, курила и тоскливо смотрела в замерзшее от легкого мороза окно. У меня болело сердце, тряслись руки, а я ничего не могла с собой поделать.

К сожалению, юристам Константина так и не удалось найти оформленную по правилам покупку недвижимости на имя Валеры Макеева. На его мать тоже ничего не было приобретено.

— Вывод один — дом наш клиент попросту снял, не заключая договора аренды, — развел руками юрист накануне заседания. — А значит, он может находиться, где угодно.