Онлайн книга «Кабы я была царица, не поехала б в Сибирь»
|
было столько всего, что дом наш становился теплее даже в самые сильные морозы. Волосы, которые она редко подстригала, с яркими прядями седины, румяные щёки, карие глаза. Ростом она на голову ниже нас всех, но и мы не низкорослые. Хотя Володька самый мелкий вышел — всего метр девяносто. Но мама… Она очень красивая, и вот сейчас я понимаю, что крошка моя — совершенная противоположность маме. Хотя где‑то слышал, что сыновья ищут себе жён, похожих на матерей! Нет, Танюша тоже красавица! Но какая-то слишком утончённая. Как будто ненастоящая! Слишком маленькая и нежная! — Мишка, ты дебил?! — по ступенькам уже несётся вниз злой и взъерошенный брат, потирая затылок. — Это что за дети у тебя в комнате? — Какие дети? Миша! — мама резко оборачивается ко мне и по новой осматривает. — Михаил? — уже давит голосом, а я только набираю в грудь побольше воздуха, чтобы всех самым культурным образом отправить по домам, как наверху появляется Танюша с оторванной частью деревянной спинки кровати. — Я не хотела, — пищит она и закашливается. — Я так… для профилактики. Думала это… Царёв, — и эта горе‑матрёшка тычет в мою сторону куском деревяшки, но вниз не спускается. Жмётся к перилам и не сводит с меня огромных глазищ. Я не матерюсь при маме. Нет! Я приличный сын. Но вот смех сдержать не могу! Глава 13 Глава 13 * * * Таня, тебе нужно извиниться, быстро спуститься, собрать свои манатки и удирать из этой лесной избушки, пока ты не превратилась… в обед? Не знаю точно! Но, судя по тому, как на меня сейчас снизу смотрят, я веду себя не очень по‑взрослому. Но это всё — неудовлетворённый организм, который даже предположить не может, как же всё так получилось, что я чуть не прибила чужого мужика вместо своего! Ой, нет! Остановись, женщина! Этот не твой. Он тебе не нужен. Одни проблемы от него — и никакой устойчивой психики! От братков местных отбивала его. Дом ему топила. Кровать согревала, а он даже… — И как же вас зовут, милое дитя? — совершенно спокойным и каким‑то завораживающим голосом спрашивает женщина, стоящая между двумя мужчинами. Вот её назвать мамой этих двоих переростков язык не поворачивается. Хотя я теперь понимаю, почему фамилия — Царёв! Действительно, царица. А вот я точно не она. Эх, кабы я была царица… не поехала б в Сибирь. А как жаркая девица закатила б себе пир! Зараза, я уже стихами заговорила! — Мам, это не милое дитя, это что‑то вырвалось из преисподней! — возмущается тот, кому досталось вместо Мишани. А ведь я и правда думала, что снова явились эти его «дружки», когда в комнату ввалился ещё один медведь! — Владимир, так неприлично разговаривать с юной девой, — учительским тоном произносит мама Царёвых. А я сглатываю и чувствую себя будто перед доской в школе. И сейчас мне нужно будет отвечать перед всем классом. И это я сейчас попала в разряд дев? Да за что?! Эх, слаб… ой, тьфу, зараза! Отвагу мне в помощь! Отвагу! Слабоумие уже можно потом, попозже подключать — когда отваги не хватит! — Я починю, — поднимаю в руках часть от спинки кровати и машу перед лицом, даже стараюсь улыбнуться, почти виновато. — Не надо! — в один голос выкрикивают братья, да ещё и головами машут одинаково. Синхронистки, бляха! — Ну‑у‑у, ладно! — тяну я, сделав шаг к стене, прислоняю палочку к ней. Всё равно бы |