Книга Дочка красавчика университета, страница 24 – Юся Сташова

— Не говори так, — парень помрачнел, сморщившись от этого неприятного слова. Ему самому стало гадко его даже слышать.

— Я сказала чистую правду. Ты был главным зачинщиком всего этого, а теперь стоишь передо мной весь из себя белый и пушистый, и думаешь, что я с такой легкостью прощу тебя за два года третирования? Тогда хочу тебя огорчить. Ты никогда не сможешь заслужить моего прощения, и пусть это будет жестоко с моей стороны продолжать держать на тебя сильную обиду. Олег, ты по-крупному облажался, — он наблюдал за тем, как слезы капали с моих щек, а я утирала их рукавом блузки, стараясь не задеть глаза. Если Диана увидит черные разводы под глазами, придумает новое поганое прозвище, чтобы надавить побольнее. — Я знаю, что толстая. Что не подхожу под стандарты твоего мира. Ты привык видеть худых девчонок, которые мучают себя ради того, чтобы сиять на камерах. Но я не такая. У меня едва получилось принять свой вес, свою внешность в школе. Я не хотела быть нытиком, делать из себя жертву. Я просто хотела быть как все остальные.

Истерика накатила волной, не давая мне передохнуть от нахлынувших эмоций после того, как Олег попросил прощения. Слезы мешали мне рассмотреть фигуру Чернова, а толпа возле Субботиной обратила на нас внимание, я поспешила спрятаться за кулисами, чтобы не навлечь на себя беду.

— Лера!

Голос Олега заставил меня поторопиться, хотя я ничего не видела перед собой. Спотыкалась об собственные ноги, и хромая, добралась каким-то образом до ближайшего туалета, где закрылась в кабинке. Опустившись на закрытую крышку унитаза, я уткнулась в ладони. Сквозь них прорывался крик, наполненный болью и унижением. Сердце саднило, в груди разрасталась пустота, от которой я задыхалась. Воздуха не хватало, я не могла даже сделать полный вдох. Крик утих, а истерика постепенно угасала, возвращая меня в мир жестокой реальности. Громкий звонок в коридоре разбудил шум. Студенты выходили из аудиторий и направлялись по домам, а я продолжала сидеть и думать о том, как мне быть дальше.

— Лера, ты где?

Валин голос помог мне прийти в себя и приоткрыть дверцу, чтобы показаться подруге во всей красе. Глаза наверняка распухли от бесконечных слез, а с макияжем можно было попрощаться. Как я теперь в таком виде незаметно покинуть университет? Не хочу еще одного повода для насмешек.

— Я тут…

— Боже мой! Я слышала, как вас обсуждали! — Сотникова опустилась передо мной на корточки, взяв мои руки в свои, чтобы их немного согреть. Я сидела тут час или может больше, а рядом было открытое окно, в которое залетал прохладный декабрьский ветер, от которого я поежилась, прижимая ноги друг к другу.

— И что говорят? — на самом деле мне было плевать, ведь никто не знал истинной причины моих слез. Только если Чернов не остался там, чтобы всем все растрепать. Диана любит ходить и собирать грязные слухи.

— Ну видели тебя заплаканной, а Олег стоял истуканом посреди сцены. В общем, непонятно. Он вообще выскочил из актового зала, как пуля. Может даже искал тебя.

— Меня? Зачем? Чтобы еще поиздеваться? — я снова была на грани истерики, но попыталась сдержать в себе полыхающее пламя, после которого мне придется пожалеть о содеянном. Настроение упало ниже плинтуса, выходить отсюда не хочется, а мне нужно было заскочить еще в магазин и помочь маме с праздничным ужином. Сегодня у папы день рождения, и мы решили порадовать его любимыми блюдами. А я предложила купить кремовый торт со свежей клубникой, как прекрасное дополнение к столу, и добавить свечи.