Книга Дочка красавчика университета, страница 39 – Юся Сташова

— Вот черт… — шепчет он на ухо. — Никогда бы не подумал, что увижу тебя такой.

Он смотрел на меня сверху вниз, оценивая свое творение. Я почти что лежала на парте, упираясь локтями в твердую поверхность, платье расползлось на мне, а открытая грудь нисколько не смущала Чернова. Наоборот, восхищала его. Раскрытые перед ним ноги славно смотрелись на его широких бедрах, пока они бесстыдно прижимался ко мне характерной выпуклостью. Ткань брюк сильно натянулась, показывая истинное желание Олега рядом со мной.

О боже…

Неужели это все взаправду?

Прикусываю губу и смотрю на парня, как он гладит ладонью грудь, играется с ней, очерчивает большим пальцем розовый ореол, а потом присасывается к нему с такой жадностью, что я едва могу контролировать себя и не закричать от наслаждения на весь кабинет. Прикрываю рукой рот, наблюдаю из полуоткрытых глаз за Олегом, как он легонько кусает сосок, как всасывает его и сжимает в руке, не забывая и о том, чтобы растягивать меня изнутри. Казалось, там уже не только пальцы, а нечто большее, но это было только началом.

Чернов покрывает поцелуями мой живот сквозь шелковую ткань и опускается передо мной на колени. Господи! На колени! Проводит влажным языком по клитору, заставляя меня прогнуться в спине и ахнуть от удивления.

— Нет, не надо…

— Я сделаю так, что ты будешь дрожать подо мной и просить о пощаде, — Олег взглянул на меня хитрыми глазами и утонул языком во влагалище, прикусывая нежную и очень чувствительную кожу.

По позвоночнику прошелся разряд возбуждения, стоило ему приложить усилия, чтобы выбивать из меня громкие стоны, терпеть, как я сильно дергаю его волосы, в надежде поскорее поймать волну эйфории. Но Чернов медлили, дразнил, поглядывал на меня зоркими глазами и хитро улыбался, наблюдая за моими попытками заставить его довести меня до желанного оргазма.

Все мысли улетучились куда-то далеко, за пределы сознания, а внутри только расцветали бутоны, впитывая в себя похоть, которой все пропахло вокруг. Сам Олег испытывал огромное удовольствие от того, как продолжал трахать меня пальцами, прибавляя один за другим, мучал мой клитор, прикусывая его и, словно извиняясь, нежно целовал.

И стоило мне подобраться поближе к самой заветной конечной точке, когда едва соображаешь и желаешь только ощутить мурашки и легкие спазмы внизу живота, как Чернов прервался, поднимаясь ко мне выше. Сейчас он казался мне таким огромным, заполняя собой все пространство. Разочарованно вздохнув, я притягиваю его к себе и целую, высказывая таким образом свое недовольство.

И Олег принимает все свои ошибки, однако не спешит их исправлять. Не торопится с действиями, медлит и гладит руками внутреннюю часть бедра, вырисовывает линии на покрасневшей коже, тянется вверх, будто нарочно задевает мой живот. Я не смущаюсь его жестам, а даю узнать свое тело, которое он так любил постоянно критиковать. А ведь сам сейчас горит желанием целовать каждый миллиметр, отчаянно прижимаясь ко мне стояком.

Я тоже больше не могла терпеть, поэтому ухватилась покрепче за его шею и свободной рукой провела по ширинке брюк, дрожащими пальцами расстегивая ремень. Сначала не получилось, ведь волнение никак не покидало меня и я боялась все испортить, но Олег был впервые со мной таким нежным, и одновременным страстным, напрочь забывая о наших ссорах. Все будто стерлось из нашей памяти. И я на миг подумала о том, как бы замечательно было, если бы мы с Черновым больше не ругались, а он не оскорблял меня, называя “свиньей”. Именно из его уст это звучало так грубо и обидно, нежели от Субботиной или их дружков из общей компании.