Книга Любовница. По осколкам чувств, страница 193 – Даша Коэн

А затем моё уже давным-давно дохлое сердце пару раз дёрнулось в посмертных конвульсиях, услышав зычный и требовательный голос своего палача.

— Лера, выйди! Иначе я вынесу эту грёбаную дверь к чёртовой матери!

О, явился.

Видимо, натрахался с женой, теперь настала моя очередь веселить барина…

Ну, ладно. Пора наконец-таки покончим с этим.

Лера

На столике рядом с собой нахожу какое-то успокоительное и отправляю в рот забористую дозу. Затем встаю, натягиваю на себя вчерашнее платье и бреду в ванную, где планомерно и скрупулёзно умываю ледяной водой распухшее от слёз лицо под нескончаемый шум в прихожей, где в квартиру с упорством барана всё ещё продолжает ломиться Шахов.

Выхожу из уборной и замираю, взирая с изрядной долей сожаления на притихших и перепуганных старушек.

— Лера, может не надо? — шепчет Мария Марковна, но я тут же отрицательно качаю головой.

— Я его не боюсь. Забирать у меня больше нечего. Убивать тоже.

Обулась. Открыла дверь и шагнула через порог.

— Какого хрена, Лера? — зарычал Шахов и внутри меня что-то оборвалось. При виде его красивого лица на секунду моя решимость дрогнула, но уже в следующее мгновение я взяла себя в руки, буквально на корню выкорчёвывая из души страх перед этим мужчиной.

Да, мне больно и погано. Но всё пройдёт. Обязательно. Однажды…

Надо просто в это свято верить!

— Повеселим соседей? — спрашиваю, складывая дрогнувшие руки на груди.

— Поехали домой и там поговорим, — делает шаг ближе, но я тут же поднимаю ладонь, останавливая его телодвижения.

С меня хватит!

— Куда домой, Данил? Туда, где живёт твоя жена, с которой ты даже и не собирался разводиться? Или туда, где развлекался со мной?

Замирает всего лишь на миг, но затем криво улыбается и хмыкает.

Да, действительно. Очень смешно. Обхохочешься.

Крутит головой по сторонам, поджимая губы и нервно облизываясь, словно его в высшей степени взбесило то, что я ему сказала. Кивает чему-то, а затем стряхивает невидимые пылинки с дорогого пиджака и снова переводит на меня тяжёлый взгляд чёрных глаз.

— Ладно, давай на улицу.

Киваю и спускаюсь за ним, с каждой пройденной ступенькой всё больше и больше приходя в ужас от его реакции. Он спокоен как удав и даже не думает что-либо отрицать! А я, идиотка махровая, до последнего ждала этого и надеялась, что Айза солгала. Или, быть может, весь этот кошмар мне вчера просто привиделся. Галлюцинации. Бред. Иллюзия…

Но нет. Это всё реальною И меня колошматит как Каштанку.

Выходим на улицу и, не сговариваясь, идём на детскую площадку. Я сажусь на скрипучую качель. Шахов замирает напротив, заложив руки в карманы идеально сидящих на нём брюк. А я скольжу взглядом по его неправдоподобно прекрасному и мужественному телу и отчётливо понимаю, что ненавижу его.

Эту гордую стать. Эту безукоризненную выправку. Вообще весь этот образ безжалостного, уверенного в себе хищника.

Молчит. Только смотрит давяще исподлобья, да кривит идеальные губы. Бодаемся взглядами, и я всё-таки получаю от него порцию яда:

— Какого чёрта ты устроила эти показательные выступления, Лера?

— Вчера в гости заезжала Айза, — выдаю я и морщусь оттого, как бесцветно звучит мой голос.

В ответ ничего. Полный ноль. И на лице Шахова не отражается ни единой эмоции, будто бы я ему рассказываю давно всем известный баянистый анекдот, а не то, что он желал бы от меня услышать.