Книга Порочные бандиты для булочки, страница 18 – Бетти Алая

«Орешкина, что за дикие фантазии?» — одергиваю сама себя.

— Я назову ее «Семь искушений Афродиты». Естественно, в роли богини любви будешь ты, золотце, — голос Германа звучит как бархатный соблазн, и бандюк тихо смеется, видя мое замешательство. — Условия просты: ближайшие семь дней ты полноправная хозяйка этого дома. Твои честь и тело в полной безопасности, но только до тех пор, пока ты соблюдаешь правила. Попытка сбежать или связаться с кем-либо без моего ведома мгновенно заканчивает игру, и мы возвращаемся к изначальному способу взыскания долга.

Мне не нравится этот опасный блеск в его глазах. Хотя, если отбросить страх… У Германа действительно красивые глаза. Серо-голубые, с такими золотистыми вкраплениями, как будто в них застыли солнечные лучи.

Да что же это со мной происходит?!

— И какие правила я должна соблюдать? — спрашиваю, чувствуя предательский трепет во всем теле.

— Все очень просто, Ниночка, — Герман подходит вплотную, и теперь я оказываюсь зажата между двумя мощными и горячими мужскими телами. Такое чувство, что температура вокруг поднимается на пару градусов. Голова слегка кружится от их близости. И странное, непонятное чувство начинает шевелиться в глубине души. Мне… нравится это?

— Каждый день с полуночи до полуночи будет посвящен одному испытанию. Его суть я буду объявлять утром. Каждое из них — это проверка твоей чувственности, воли и… честности перед самой собой. Испытание считается пройденным, если ты выполнила задачу. За каждый успех списывается седьмая часть долга твоего дяди. Если проваливаешься, сумма за этот день не списывается. Если отказываешься от прохождения, сумма долга за этот день удваивается.

Боже мой! То есть отказаться я, по сути, не могу? Звучит изощренно и немного жутко. В духе Германа.

— То есть я смогу свободно передвигаться, ездить на учебу… — блею я.

— Мало того, мы сами будем отвозить тебя в университет, — холодно, но с явным намеком отмечает Герман, — и забирать оттуда.

— Я лучше сама… — слабо протестую.

— Исключено, — низкий рык Макара прямо у моего уха заставляет все тело содрогнуться, — потому что наша машина станет частью испытаний. В ней можно устроить столько всего интересного. Тебе понравится.

И тут, как назло, воображение усердно рисует весьма откровенные картинки того, что со мной могут сделать на мягких кожаных сиденьях этого внедорожника.

Закусываю губу, пытаясь подавить смущение, но щеки предательски пылают. Я ведь всего лишь девушка, а рядом два таких самца, от их внимания кожа буквально горит… Ох…

— И что это за испытания? — сглатываю ком в горле.

— Сегодня у нас испытание терпения. Ты должна провести весь день, не прикасаясь к себе, как бы тебя ни возбуждали наши взгляды, слова или… случайные прикосновения. Твое тело будет умолять о разрядке, но ты должна будешь отказать ему.

Вот как? Герман хочет разрушить мой самоконтроль, показать, что мое тело может предать меня, что оно не принадлежит только мне. Хорошо, я не позволю этому случиться. Это будет легко.

— Но как вы проверите? — пытаюсь говорить уверенно. — Я могу нарушить правило в туалете или ванной… у вас же нет везде камер.

— Поверь, Нина, у нас свои методы, — его ухмылка становится шире, от нее по спине бегут противные и одновременно щекочущие мурашки. — Ты не сможешь нас обмануть.