Книга С любовью из «Книжного», страница 34 – Ольга Попова

— Можно и так сказать, – вздохнула я.

— Так надо было написать! – назидательным тоном продолжила Юля. – Я бы тебе прихватила свою юбку блестящую, помнишь? С накладными карманами спереди. А, кстати, о блёстках, они с собой! – Подруга засуетилась в поисках сумки. – Давай я тебе сделаю? Время ещё есть!

Я помотала головой.

— Не хочу.

— Давай! – продолжала подруга. – Я могу маме набрать, она эту юбку с собой возьмёт. Она ещё не выехала, хотя я ей говорила, что в двенадцать начало… – Юля ещё раз перетрясла содержимое сумки. – Вот, нашла!

— Не хочу, – повторила я.

— Почему? Будет красиво, я знаю!

— Потому что мне хорошо так, – я опустила её руку с банкой блёсток, всё ещё не веря, что сделала это.

Я не знала, обидится ли она, но мне больше не хотелось надевать её вещи – ни блестящие юбки, ни платья, ни туфли на каблуках. Не хотелось вслед за ней наносить блёстки на лицо и делать только то, что она говорит. Мне хотелось научиться быть собой, даже если это неуместно, некрасиво, не «как надо». Может быть, в этой неловкости и простоте и есть я? Может быть, мне не нужно стараться во всём походить на подругу, чтобы меня заметили? Или именно поэтому меня не замечают, и пора уже научиться быть Ульяной, а не Улей, которая прячется тенью за Юлей?

— Ладно, – Юля бросила блёстки в сумку. – Но если что, они тут. А я пошла маму наберу, боюсь, что она опоздает.

Я кивнула и через пару минут уже бодрее вышла в зал. Ваня встретил меня улыбкой, хотя и волновался.

— Значит, всё готово? – спросила я.

— Да, осталось какао, – выдохнул он.

— А вот и оно… – протянула Юля, опустив телефон.

Дверь рывком открылась. В магазин сумасшедшим вихрем влетела Юлина мама.

— Я не опоздала? – спросила она, наскоро поправляя взъерошенные от шапки волосы.

— Нет, – хором ответили мы.

— Ну, раз теперь не надо никому звонить, – заключила подруга, – пойду запишу видео с книжками для розыгрыша, начну вести репортаж с открытия.

К двенадцати мы были в полной готовности. На раскалённой плите варилось какао, зал окутывал его манящий аромат. Музыка теперь играла громче. Юля продолжала фотографировать стеллажи и записывать видео для соцсетей. Я стояла у кассы. Мне Ваня доверил главное – красиво упаковывать книги.

Прошло минут десять, в магазине по-прежнему были только мы четверо. Юлина мама, не выдержав, налила нам по стаканчику какао в честь начавшейся вечеринки. Мы сделали несколько памятных фото на полароид, выхватив с полок любимые книги, потом вернули их обратно и разбрелись по намеченным местам в ожидании первых покупателей.

Прошло ещё полчаса. В магазине было пусто. Ваня одиноко скитался от одного стеллажа к другому, не в силах справиться с нарастающей тревогой.

— Никто не придёт, – сказал он и выключил музыку.

— А ты думал, ровно в двенадцать набежит толпа и ты не будешь успевать отрывать чеки? – спросила Юля, заваливаясь в кресло.

Ваня что-то ответил, но я не услышала.

— Да вот же она, толпа здесь, – произнесла я, глядя в окно.

— Толпа? – Ваня ринулся к соседнему окну. – А что… что там происходит?

— Похоже, Макс решил сделать на твоём имени карьеру, – сказала Юля, поднимаясь с кресла.

Ваня глянул на меня, но я только пожала плечами.

На улице творился полный сюр. Макс, друг Юли из редакции местной газеты, вёл репортаж с места событий. Вёл оживлённо, как будто его пригласили ведущим на праздник или он сам открывал магазин. Жители города, дожидаясь, пока их впустят внутрь, рассказывали, что обычно читают, что хотят купить, чего ждут от нового книжного, рассуждали, через сколько он может закрыться.