Книга Развод. Скандал в благородном семействе, страница 40 – Дора Шабанн

— Элина, мне очень нужно повидаться с Вадиком. Устрой нам встречу, — требовала свекровь.

— Эля, перестань со мной носиться. Мне уже недолго осталось. Занимайся детьми… ты опять Марине слишком много воли дала… — мать шелестела чуть слышно, но все равно указывала мне, что, по ее мнению, следует делать.

Эти, явившиеся из круиза, дамы за месяц так меня утомили, что я присмотрела на лето им целый комплекс мероприятий.

Настоящий вояж: несколько санаториев в районе Минеральных вод и Кисловодска, непрерывным туром с конца мая по сентябрь.

Да, в настоящее время это казалось расточительством, но сил и здоровья у меня осталось не так много, чтобы тратить их еще и на мам. Поэтому, пока могу, я буду отправлять этих прекрасных женщин отдыхать подальше от себя и детей.

Огромным счастьем для меня оказалась случайно обнаруженная в кабинете Вадима наличка. Да не в привычном месте, да, гораздо меньше, чем у нас хранилось обычно. Но деньги нашлись.

А продав две сумки «Биркин», которые муж привез мне в свое время из Европы, и сложив все найденные и вырученные средства в одну горку, я поняла:

— Серафим, херувим и прочее небесное воинство, хвала вам! Денег пока достаточно для обслуживания автомобилей и дома. Хватит на медицинскую страховку для детей и мам, и даже еще что-то останется. Не пропадем.

— Мам, ощутимая прибыль пойдет не раньше будущего года, но все стройки должны окупиться минимум в три раза, — давно не сияющая волосами и нарядами, дочь выдохнула устало, но довольно.

И я немного порадовалась: как-никак, но средства на текущие нужды у нас появились.

Накормила ребенка, уложила спать, налила себе чай и взгрустнула: время сейчас было трудное, нудное, нервное, ме-е-едленно тянущееся. Вроде ничего и не происходило, но уставала я сильнее, чем в ту пору, когда работала.

Составила план на завтра, заглянула ко всем детям по очереди и снова вздохнула: за всех троих болела душа.

Дочь у нас ночевала, но нечасто. Официально жила она в квартире, доставшейся от Борских, но все ее время было занято работой. Так как стройки дружно запустились и требовали неусыпного контроля, равно как и технические специалисты, за них отвечающие, то дочь дневала и ночевала в офисе.

Феликс тоже не сильно радовал. Ради разнообразия, на этот раз лекарства на сына подействовали хорошо и заметно, однако напряжение в ребенке по-прежнему чувствовалось. А времени поговорить по душам у нас все никак не находилось.

Наша крошка Нина всем была хороша, кроме повышенной нервной возбудимости и постоянного внимания, которое она неизменно требовала. Все близкие и родные к малышке относились с любовью и вниманием. Бабушки только ей радовались безусловно, а Димочка, мальчики из охраны и водитель Марины так и норовили ее баловать при любом удобном случае.

Ну и еще был нюанс.

С того момента, как Нина оказалась полностью на моем попечении, а мать ее переехала в свою квартиру, к утренним ежедневным подношениям с огонечками добавились коробочки специально «для маленькой принцессы».

Погрустив немного, упала спать и быстро провалилась в привычный вязкий темный омут без четких сновидений, но с непременным ощущением тревоги и тоски.

Утром за завтраком, проглядывая огромный список вопросов к Вадику, который у меня в итоге получился, набрала адвоката: