Книга Развод. Скандал в благородном семействе, страница 62 – Дора Шабанн

И обнаружился в нём, кто бы вы думали?

Вот-вот.

И я удивилась.

'Если я буду совершать именно те поступки,

которых ждут от меня люди,

я попаду к ним в рабство'

П. Коэльо

Если честно, то с замиранием сердца смотрела на дисплей телефона, где светилась такая привычная надпись, внушавшая сейчас тревогу, беспокойство и даже страх.

«Димочка».

После того как я все же нажала «Ответить», услышала неожиданное:

— Элина Витальевна, могу ли я приехать для конфиденциального разговора?

— Вот это внезапно, конечно, сейчас было, но, естественно, ты можешь приехать, — удивленно выдохнула, а после быстренько привела в порядок кухню и погнала Ниночку в душ.

Пока он там доедет, успею ребёнка в обнимку с зайцами и сказками спокойно утыкать в кровать.

Но не тут-то было.

Только Нинок, закутанная в халат, выбралась из ванной комнаты, как телефон вновь подал признаки жизни.

И вот сейчас на имя контакта взирала, пусть не с суеверным ужасом, но с чётким пониманием — хорошего ничего не услышу.

А что ещё я должна была подумать, если на экране было написано: «Сам»?

— Элина, дорогая, я понимаю, ты несколько расстроена…

Я? Расстроена?

Офигеть, определение.

— То есть вы в курсе всей «развесёлой» истории, но посчитали, что не моего этого ума дело? — я была зла, негодовала, да я, можно сказать, пребывала в ярости.

И честно говоря, не видела особого смысла разводить политесы, когда все всё прекрасно понимают.

И тут прозвучала фраза, которая больше подошла бы увещевающей общественности вроде свекрови или моей матери, но никак не взрослому мужчине, долларовому миллионеру, на минуточку.

— Ты же умная женщина, Элина? Не время горячится. Ермаков перебесится, поймёт, что потерял и вернётся.

И с такой-то уверенностью это было сказано, что с языка чуть не сорвалось:

— Не надо мне угрожать.

Но, откровенно, в голове пульсировала только одна мысль:

— А мне-то это захре… зачем?

Пока я пыталась сориентироваться, Сам продолжал агитировать за партию терпил:

— Все ошибаются. Иногда забывают, что от добра добра не ищут. Ну, подумаешь, Вадим косякнул. К сожалению, мужикам свойственно творить дичь.

У меня как-то разом закончились цензурные слова, а для обсценной лексики, вероятно, накал страстей был невелик, поэтому я молча внимала.

— Элина, ты же настоящая, преданная жена декабриста. Как можно забыть про все ваши годы вместе?

Честно?

У меня было такое чувство, что текст ему писала все та же возмущенная общественность, то есть свекровь, чуть ли не в соавторстве с моей матерью.

Невероятные глупости и банальности, да.

Поскольку было предельно ясно, что ничего нового и важного он не скажет, а больше выносить весь этот бред сил у меня не имелось, я решила поступить для себя необычно:

— Большое спасибо, что уделили нашей проблеме время. Вашу позицию я поняла, и все, что вы хотели до меня донести — услышала. Сейчас уже поздно, и я внучку спать укладываю, поэтому прощаюсь. Всего вам хорошего.

И положила трубку.

А чего он?

Ниночка, ощущая общую нервозность в доме, залезла на руки и долго перед сном обнималась, спрашивая:

— МамЭля, все же будет хорошо?

Успокоила свою тревожную пташку, как смогла и спустилась на первый этаж, потому что по времени пора было бы Диме уже приехать. Не настолько большой у нас город, чтобы добираться даже из конца в конец час с лишним.