Книга (не) Суррогатная мама, страница 28 – Злата Тур

Через неделю я уже окончательно поняла, что для него это был лишь способ разнообразить деревенскую скуку. А может, у него в Москве уже и невеста есть, как водится это в богатых семействах… Тоже богатая, естественно. Проглотив слезы обиды, я решила во что бы то ни стало доказать ему, что я достойная пара и не такому мажору, как он. Что я найду себе мужа, который не будет стыдиться моего рабоче-крестьянского происхождения. А наоборот, будет гордиться мной. Я получу образование и устроюсь на работу не куда-нибудь, а в Москва — Сити! Каблучки моих дорогих туфель будут независимо стучать по сверкающему полу этого делового сердца столицы. Я заработаю на хорошую квартиру. И однажды где-нибудь в кафе мы с ним встретимся. Он обалдеет от восхищения и удивления… А у меня на пальчике будет обручальное кольцо..

Хочешь насмешить Бога, расскажи ему о своих планах.

В середине августа я почувствовала недомогание. Решила, что отравилась краской — мы обновляли полы в доме, и большую часть я выкрасила сама. К тошноте прибавилось самое противное состояние, какое может быть. У меня временами начинала кружиться голова, дыхание перехватывало, и я боялась потерять сознание. А уж когда поймала себя на желании схомячить бочонок соленых огурцов, у меня буквально подкосились ноги. Ужас, который я испытала, не передать словами.

Пару дней после своего ужасного открытия я просидела в коконе страха, умоляя все силы небесные сделать так, чтоб никто ничего не заподозрил. И заодно — чтоб это все мне просто показалось от расстройства. Я не беременная. И как сказал Макс, после того как порвалась защита, в первый раз ничего не может зацепиться. У меня самовнушение!

Но если от этого самовнушения начнет расти живот, будет катастрофа, размеры которой даже представить себе трудно. О том, чтобы купить тест в поселковой аптеке, даже и речи быть не могло!

Под благовидным предлогом я отпросилась съездить в город. Купила тест в аптеке торгового центра и там же, в туалете, воспользовалась им.

Две полоски, перечеркнувшие мою жизнь. Они только подтвердили то, что я и сама чувствовала, но мозг, тонущий в панике, все отрицал.

Теперь же пазлы сошлись. Страх и отчаяние выплеснулись горькими слезами. Я рыдала беззвучно, зажимая себе рот, чтоб не привлекать внимание. В голову начали приходить «народные» рецепты избавления от нежелательной беременности. Это баба Зина, свекровь моей мамы, рассказывала мне о том, как раньше люди жили. Как аборты запрещены были на государственном уровне. Наверно, она так просвещала меня, пытаясь оградить от последствий «вот этой гадости», как называла она интимные отношения. С мамой они не всегда сходились во мнениях, но насчет позора «принести в подоле» — были единодушны.

Мне даже не с кем было посоветоваться. Подруги настоящей у меня здесь и не "завелось", а "подружки" не в счет. Я прекрасно знаю, как выглядит женская зависть. Каждая из них мечтала приручить этого породистого, яркого самца. Через штаны забраться к нему в душу, а затем, как домашнего теленочка, отвести в ЗАГС. И мое появление в компании они восприняли как весьма нежелательное. Сначала рассказывали мне о нем всякие гадости, потом ему. А уж когда мы стали встречаться, просто вычеркнули меня из своей жизни.