Книга Аморальный, страница 28 – Алайна Салах

Меню подхватывает и ведёт нас сам. Они тут, видать, реально охуели от того, что в зале больше двух человек собралось — не знают, за что хвататься.

— Слушай, может, сюда сядем? — Эрик кивает на стол по центру. — Не обязательно идти в випку.

С ним всё ясно. Завод ещё на мне, а этот уже принялся бабло жать со страха.

— И сидеть тут как в аквариуме? В пизду. Тогда лучше совсем не бухать.

Эмма стоит в конце зала. Видит меня, выдаёт незаинтересованную улыбку и отворачивается к тёлкам, которых обслуживает.

— Что-то твоя фаворитка не сильно нас рада видеть, — комментирует Эрик.

Та же мысль. Для той, кто якобы будет ждать, могла бы и пошире заулыбаться. Но в целом, похер. Если чаевые нужны — будет лучше стараться.

— Ярослав, — окликаю шкета. — Ты помнишь, да? Випку пусть она обслуживает.

Этот замирает, взгляд стеклянный.

— Эм-м… Дело в том, что в ресторане много народа… Не знаю, как Эмма будет справляться… Возможно, время от времени персонал придётся чередовать.

— Мы с тобой договорились, — отрезаю я и тычу пальцем в Эмму. — Только она.

— Хорошо, Константин, — мямлит он. — Я постараюсь сделать всё возможное.

Заходим в випку, садимся. Пока шкет не смылся, прошу зарядить кальян.

— Что пить будем? — Эрик быстро листает страницы. — Может, крепкого чего-нибудь бутылку возьмём? А то если с вина начинать, чек опять выйдет за сотку.

Я кривлюсь. И так паршиво, а этот ещё нагнетает.

— Ты, блядь, уже на биржу безработных встал? Тушла и окорочков не забудь запасти на голодные времена.

— Блин, Костян, ну а как мне не нервничать? — взрывается он. — У меня семья и ипотека. У детей частная школа, кружки. За всё это надо каждый месяц платить! Арина уже полгода машину новую выпрашивает.

— Значит, перебьётся, — мрачно отрезаю я. Не то, чтобы я всерьёз рассматриваю вариант остаться с хуем, но Эрика больно хочется подъебать. Я, блядь, могу лишиться всего, над чем столько лет горбатился, а он ноет, что жене тачку не сможет поменять. — Пусть на маршрутку пересядет — будет чем за кружки заплатить.

— Я, короче, буду пить виски, — бормочет он, совсем сникнув.

Может, и мне тоже пару вискарей со льдом накатить, чтобы не мараться. Потому что если с вином засяду — это надолго. Люблю пиздатое сухое. Эрик бухой как-то поржал, что я по общению — гопота уличная, но вкусы у меня аристократические. Вот стопудово так. Я дерьмовую еду и безвкусное шмотье на дух не переношу. Причём с детства у меня такая хуйня. Мать постоянно орала, что не жру нихуя. А я тупо не могу жрать, когда мне не вкусно.

— Блядь, да где уже она? — я раздражённо оглядываюсь. — Одна, что ли, все столы обслуживает?

Эмма появляется через пару минут. Запыхавшаяся, но идиотская улыбка на месте.

— Прошу прощения за задержку. У нас сегодня почти аншлаг, а на мне ещё три стола.

Я машинально смотрю на её кисть: ебучее кольцо на месте. То есть, похуй, что оно её дешевит и я ей об этом в лицо сказал. Главное, что мать подарила.

— Да, мы уже заждались, — подъёбываю.

— Боюсь, сейчас ожидание немного затянется. — Она корчит скорбную мину. — Как вариант, вас может обслуживать Наташа. Она сейчас как раз рассчитывает гостей.

Я хмуро наблюдаю за ней. И что это, блядь, за поведение такое? Залупилась, что вчера не заехал? Хотя на обиженную вроде не похожа: тараторит бодро, глаз не прячет, улыбается. Но смотрит при этом по-дежурному, как на левака, до которого ей до пизды.