Книга До встречи в Дубае, страница 135 – Виктория Короткова

На разных такси мы ездили, чтобы сходить в кино и погулять по магазинам. Мы просили в ресторанах закрытые места для влюбленных. Купались только после заката на разрешенных пляжах под пристальным светом фонарей и взглядом спасателей. Мы вместе готовили, и уже не было ни напряжения, ни страха. Я угощала его блюдами русской кухни, а он меня — корейской. Мы вместе засыпали и просыпались. Мы будили друг друга поцелуями, страстными взглядами и горячими объятьями. А потом в душе смывали страхи, что это неправильно, что это временно. И вновь тонули в глазах друг друга.

Я познакомила его со своими подругами. Ясмину мы перехватили на прогулке с детьми. Она выбирала красивые безлюдные места, и нам с Рианом подходила такая атмосфера. Юля позвала нас на предварительное открытие ресторана — открытие для своих — и кормила нас невероятными яствами. А новые десерты были умопомрачительными. Риан сказал, что никогда так вкусно не ел, и я впервые увидела, как Юля смущается. К Оливии в студию мы не пошли, но специально для нас она устроила выездные танцы, и мы полночи танцевали на набережной. А потом пошли гулять по центру, как делали раньше. Все было закрыто, и мы порадовались своей удачи в прошлый раз.

Ева почти все время проводила в студии, чтобы не мешать нашей идиллии, за что я ей была по-человечески благодарна. Но в один день мы поехали с ней. Жанна тут же закрыла свою галерею и при нас дернула ручку, чтобы удостовериться, что закрыто на замок. Она казалась такой счастливой, что тут же подхватила Риана под руку и повела на экскурсию. Он посмотрел основную экспозицию и много удивлялся красоте полотен. Он дошел до угла помещения и хотел было развернуться, но что-то в гигантском холсте показалось ему интересным. Он обернулся на меня и встретился со смущенным и тяжелым взглядом.

Жанна пришла на выручку:

— Это как раз сеанс арт-терапии был, и Аврора нарисовала покойного мужа.

Он тут же подтвердил, что узнал мазки пальцами, как на его портрете, и Жанна восхитилась его наблюдательностью. Затем произошло то, что никто не ожидал. Ли опустился на колени перед картиной, несколько раз глубоко наклонился и вслух поблагодарил нарисованного Вадима за то, что тот все эти годы заботился обо мне — теперь и Риан берет на себя полную ответственность за мои жизнь и счастье. Я была растрогана, а Ева неожиданно подбежала к нему и обняла. Видно, он сказал что-то созвучное ее мыслям.

Мы хотели выпить чаю с видом на патио, но мы пошли через мастерскую и тут же остановились. Жанна выставила все портреты Ли Риана, написанные мной за прошедшие недели. Первой мыслью было сбежать, но потом я вспомнила, что уже показала свою лучшую картину, и стала искать ей замену.

А потом пять дней прошли, и я впервые боялась его отпускать. Раньше я хотела, чтобы мы больше не встречались никогда, и наваждение покинуло голову и тело. Но теперь, когда я так страстно желала, чтобы он вернулся в мою жизнь, как можно было расставаться? И страх отразился на лице.

— Как ты можешь бояться после всего, что с нами было? — он показал тату на безымянном пальце. — Судьба все за нас решила, помнишь? Что бы ни произошло, мы всегда встретимся здесь. Когда-нибудь.

Я кивнула и обняла крепко, чтобы он хорошенько запомнил на ближайшие месяцы чувство домашнего уюта. Он немного набрал вес, и теперь тело его стало мягче на ощупь. Я почувствовала поцелуй на лбу. Тревожность ушла, оставив только тепло и нежность. Я не хотела видеть, как он уезжает, поэтому не спустилась с ним вниз. Но все равно смотрела в окно. Наверное, он догадался об этом, потому что поднял голову и помахал на прощанье. Сердце вырывалось из груди к нему, не понимая, почему руки отпустили самого дорого человека. Я открыла ставню и закричала, что есть мочи, чтобы мои слова точно достигли его ушей: