Книга Суровая нежность, страница 103 – Галина Нифонтова

По радио начала играть песня NILETTO «Я стану простым», и моя улыбка совсем сошла на нет. Эмоциональная песня и слова певца, которые шли с надрывом из самой души, задели меня. Я посмотрела на снимки и вновь на дорогу. Из груди к горлу поднялся ком. Глаза защипало и все стало расплываться. Свернула направо и остановилась у обочины. Поток горячих слез хлынул из глаз. Я стала плакать в голос! Все, что сдерживала за эти несколько часов вне дома, все эмоции за эти страшные дни сейчас целым потоком выходило наружу. Обняла руль и опустила голову на руки. На меня накатила такая волна эмоций, что между всхлипываний, тело содрогалось и каждый вдох давался с большим трудом.

«Во мне накопилось так много любви!

Зла и воды! Зла и воды!» — доносилось по радио.

Через несколько минут мои всхлипы стали стихать. Я начала дышать глубже.

«Да… Не надо так. Нельзя расстраиваться. Мне есть для кого держаться. У меня есть ребенок. И пусть Громов делает, что хочет!» — мысленно нагло врала сама себе.

Я успокаивала себя и когда мне стало легче, вытерла слезы, восстановила дыхание и продолжила путь домой.

Я

Глава 31. Покой и здравомыслие

Громов.

— Она пришла в себя! Только, пожалуйста, не долго, ей нужен отдых! — пытался донести врач до Сергея, когда тот летел по коридору в палату сестры.

— Юля, — тихо позвал он и медленно подошел к койке.

Лицо девушки было бледным и худым. Она медленно моргнула, повернула голову и посмотрела на брата. На сухих губах появилась еле заметная улыбка.

— Сережа… — хрипло и еле слышно прошептала она.

— Не надо, молчи! Пока молчи, набирайся сил, — Громов погладил ее по волосам.

С уголков глаз Юлии скатились слезы.

— Не надо, сестренка, не плачь! Все хорошо. Он отомщен! Вольский предстал перед твоим мужем на том свете!

Юлия моргнула и еле заметно кивнула. У нее не было сил много говорить.

Врач, стоявший неподалеку, попросил Громова дать ей поспать. Но Сергей не обращал на него внимания.

— Ди-ма, — прошептала ослабленная девушка на выдохе.

— Он дома с бабушкой. С Лидией Тимофеевной. Не переживай, все хорошо!

Юлия с облегчением выдохнула, прикрыла веки и начала проваливаться в сон.

— Все хорошо, — уже тише повторил Громов и погладил сестру по волосам. — Я буду часто тут. Поправляйся. Отдыхай, я скоро снова приеду, — поцеловал родственницу в щеку и вышел из палаты.

«Ну наконец-то! С души как-будто валун убрали. Очнулась! Значит должна поправиться. Просто обязана! Все будет хорошо!» — Громов выдохнул с облегчением. В его жизни это были самые тяжелые двое суток ожидания.

Сергей в голове прокручивал, что нужно дать распоряжения на работе и опять потом вернуться к сестре. Последнее время он не мог сосредоточиться на делах. Поэтому временно все переложил на помощника. Но несмотря на это, важные вопросы нужно контролировать самому.

Громов добрался до своего офиса и пытался быстро решить только самые важные вопросы, требующие его личного присутствия. Но его мысли упорно роились вокруг Ариши.

«Моя девочка. Пытаюсь в офисе отвлечься работой, но выходит плохо. Я с первой нашей встречи знал, что не отпущу тебя. Никогда. Даже если ты спала с Вольским по своей воле. Да плевать! Нужно успокоиться. Это лишь отсрочка для нас двоих. И я очень рад, что Юлька пошла на поправку! Хоть немного успокоился и начал здраво мыслить. Надеюсь.»