Книга Развод. У него была другая жизнь, страница 69 – Лея Вестова

Кофе в моей чашке шевельнулся, расплескиваясь на блюдце. Я даже не заметила, как дёрнулась рука.

— Что? — мой голос прозвучал неестественно высоко.

— Рак щитовидной железы, — повторил он тише. — Я проходил полное обследование, знаешь, как обычно, ежегодный чекап. И там обнаружили. Сначала подозрение, потом биопсия, потом диагноз... Всё случилось быстро. Слишком быстро.

Я смотрела на него, не в силах поверить. Рак? У Андрея? У моего мужа, всегда такого здорового, крепкого, уверенного в себе? Это казалось невозможным, нереальным.

— Но... почему ты ничего не сказал? — вырвалось у меня прежде, чем я вспомнила о его просьбе не перебивать.

Он горько усмехнулся.

— Я собирался. Правда. Искал подходящий момент. А потом у твоей мамы случился инсульт, и ты была так... так поглощена заботой о ней. Ты буквально жила между домом и больницей, Оля. Какое право я имел добавлять тебе ещё и свои проблемы?

Я вспомнила те дни — как я разрывалась между работой, больницей, домом. Как Андрей стал отдаляться, как я списывала это на усталость, на его недовольство тем, что я слишком много внимания уделяю маме... А он всё это время знал, что болен? Страдал в одиночку?

— И тогда я встретил Ирину, — он опустил глаза, разглядывая чашку в своих руках. — Это не оправдание, Оля. Просто факт. Я был в ужасе от диагноза, не знал, сколько мне осталось. Статистика при моём типе рака довольно оптимистична, но всё равно... Ты занята мамой, Катя — школой. А Ирина была такой... внимательной. Заботливой. Слушала меня, понимала... Или так казалось.

Я молчала, пытаясь переварить услышанное. Андрей — болен. Возможно, серьёзно болен. И скрывал это от меня.

— Я знаю, это звучит как клише, — продолжил он, кривя губы в горькой усмешке. — Мужчина средних лет, испугавшись смерти, бросается в объятия молодой женщины. Как в дешёвом романе. Но Ирина... она действительно помогла мне тогда. Или я так думал.

— А потом? — спросила я, когда он замолчал.

— А потом... — он сделал глоток кофе, поморщился от горечи. — Потом всё завертелось. Её беременность, твоё открытие, развод... Я как будто перестал быть собой, понимаешь? Словно наблюдал за собственной жизнью со стороны.

— Подожди, — я подняла руку, останавливая его. — Ты хочешь сказать, что всё это время просто... позволял страху смерти управлять твоей жизнью?

Он вздохнул, проводя рукой по волосам — жест, который я так хорошо знала, признак его крайнего волнения.

— Не только. Сначала я действительно влюбился, Оля. Она была как глоток свежего воздуха. Но потом... Потом всё стало меняться. А после сцены в торговом центре... Я понял, что должен тебе объяснить. Хотя бы попытаться.

Я помедлила, взвешивая, стоит ли говорить ему то, что я узнала. С одной стороны, ему и так плохо, с другой... он должен знать правду. Хотя бы для того, чтобы защитить себя.

— Я должна тебе кое-что сказать, — медленно начала я. — Знаю, как это может выглядеть: обиженная жена наговаривает на счастливицу. Я столько раз говорила тебе, что… твоя Ира не в себе и что она едва не сбила меня и маму, но ты не верил. Однако ты должен знать, а как поступить с этой информацией — твоё дело.

Андрей поднял глаза, в них читалось напряжение.

— Я недавно встретила Веронику, помнишь, она работала со мной в архитектурном бюро? — он кивнул, и я продолжила. — Она рассказала мне об Ирине. Её подруга Лена чуть не потеряла мужа из-за неё. Он тоже был женат, успешный архитектор Валерий. По словам Вероники, Ирина специализируется на женатых обеспеченных мужчинах. Втирается в доверие, а потом... выкачивает деньги. С тем Валерием она начала строить салон красоты, он вложил крупную сумму. Но его жена вовремя узнала и всё прекратила.