Онлайн книга «В тени эмира. Шрамы на песке 1»
|
— Если тебе нечего добавить, уходи, я занят, — холодно сказал он, выждав паузу, и, развернувшись, медленно пошел прочь. «Как же должно быть Фалах ненавидит ее, что даже слушать не захотел…» Паника охватила разум, полные ужаса глаза застыли на его широкой спине, медленно отдалявшейся от нее. Последнее слово было за ним, и властный эмир уже озвучил его, и уходил, оставив ее в полной растерянности… Его спина… Его широкая спина… Нет… Он не может вот так вот уйти… Она не даст ему уйти, или всю жизнь будет жалеть об этом... — Не уходи… пожалуйста… — голос сорвался, дрогнул от отчаяния. Почти не помня себя, Эми бросилась следом. Судорожно вцепилась пальцами в его рубашку, пытаясь остановить, удержать. Все произошло слишком быстро. Она резко потянула ткань на себя — и в следующую секунду Фалах уже стоял лицом к ней, а сорванная рубашка скользнула на пол. Эми замерла. Перед ней был обнаженный мужской торс — крепкий, мускулистый, но изуродованный глубокими шрамами. Старые грубые рубцы пересекали бронзовую кожу, словно следы давней беспощадной войны, которую его тело когда-то пережило и навсегда запомнило. Дыхание перехватило. Широко распахнутыми глазами она смотрела на эти страшные отметины, и в груди медленно поднималась тяжелая волна потрясения. Она словно впервые увидела не всесильного эмира, не человека, внушающего трепет одним взглядом, а мужчину, через которого когда-то прошла боль. Испуганно отведя взгляд, Эми почувствовала, как сердце колотится где-то в горле. Фалах медленно посмотрел сначала на рубашку на полу, затем на девушку. Он заметил ее растерянность, заметил ужас, мелькнувший в глазах при виде его шрамов. Но лицо эмира осталось непроницаемым. — Я слушаю, — произнес он ровно. И от этого холодного, безучастного тона по ее коже пробежал озноб. Опустив глаза, она порывалась сказать, но язык не слушался, как будто прилип к нёбу. Оказалось, что просить убить себя вместо Салеха было гораздо легче, чем произнести эти ужасные слова, но, видя недовольство на его лице, она с трудом заставила себя: — Ты говорил, что хочешь мое тело… — раздался ее безжизненный голос. — Хмм… — хмыкнул он, заметив, с каким трудом ей далось это решение. — И ты готова пожертвовать им? — Да… — шепнула еле слышно, не поднимая головы, и потому не видела, как его смуглое лицо потемнело от злости и в глазах блеснул недобрый огонь. Лучше бы он никогда не слышал этого «да». Она отказалась от него, от всего того, что он мог ей дать; она могла потребовать все что угодно, и он бы бросил все к ее ногам, но, отказавшись от него, она беззастенчиво, без капли сожаления, добровольно продавала себя — неважно за что… важен сам факт... «Шармута… лживая, фальшивая шармута… как же ему хотелось задушить ее… чтобы уже ничто не напоминало о ней, и забыть как дурный сон… но если это то, чего хотела она, то она его получит...» — Хорошо… Покажи, на что ты готова пойти, чтобы спасти любимого? — с металлом в голосе произнес он, все еще надеясь, что она передумает. Девушка стояла в нерешительности. — Ну… Что ты стоишь? Покажи, насколько ты его любишь… Лицо ее горело, сердце громко стучало, мысли путались — сделать оказалось сложнее, чем сказать. Шакра была уверена, что он сам возьмет ее и сделает все, что нужно, но |