Онлайн книга «В тени эмира. Шрамы на песке 2»
|
* * * В это утро королева-мать была, пожалуй, единственным человеком во дворце, начиная от кухарок и прислуги и заканчивая знатными придворными, кто не обсуждал эту невероятную, оглушительную новость, распространившуюся со скоростью звука по всему Хафраку, и который не наблюдал, втихаря спрятавшись за шторами, за последней, самой известной, самой загадочной фавориткой эмира… от которой еще совсем недавно он сходил с ума, совершал немыслимые поступки, из-за которой два брата чуть не пошли войной друг на друга, которая заставила всех говорить о себе, превратив Хафрак в один большой беспокойный улей… Шейха Фатма поняла, что значил для ее сына этот шаг, когда узнала, что Хамид — самый верный и преданный человек Фалаха, его правая рука, человек, которому он доверял как самому себе, будет вместе со своими воинами сопровождать эту женщину до Аль-Шамии и останется там охранять ее, чтобы ни один волосок не упал с ее драгоценной головы… — О Аллах… Мой бедный мальчик… Что же творится в твоей беспокойной душе? Когда же ты наконец обретешь покой и счастье? Когда же Аллах пошлет мир в твою душу? — Женщина тяжело вздохнула, не в силах унять боль в сердце. Только ОНА знала, что значит для него эта женщина и чего ему стоило решиться на этот шаг. Нет… Он не избавлялся от опостылевшей наложницы, как думали все, — он пытался бежать от себя, от своих чувств, от своей одержимости ею… Еще утром, случайно столкнувшись с ним, она заметила, что он был каким-то бледным, усталым и злым, и по той поспешности, с какой он собирался на охоту, поняла, что он что-то задумал. Но, зная о его чувствах к ней, ей никогда не пришло бы в голову, что он решится на такое… Шейха уже давно смирилась с присутствием этой женщины в их жизни, и, зная, ЧТО она значит для ее сына, была готова мириться с ней хоть до конца своих дней, лишь бы только Фалах был счастлив… И чем больше она думала о нем, тем больше чувствовала боль в сердце, которая только нарастала… Мой бедный сын… он даже не понимал, что это не решение проблемы. Что если какие-то неразрешимые разногласия встали между ними, то их надо решать, а не пытаться закапывать глубже и усугублять и без того сложную ситуацию… В дверь негромко постучали… Женщина была слишком подавлена и не хотела никого видеть и слышать, но все-таки впустила своего личного советника и секретаря… В комнате витала напряженная атмосфера, которую было сложно не почувствовать. Да и сама шейха выглядела задумчивой и усталой, как будто на нее навалилось что-то очень тяжелое и неразрешимое, и казалась постаревшей за ночь на сто лет… — Моя госпожа… Мир Вашей душе… Да пребудет Аллах с Вами! — Он низко поклонился. — Что привело тебя ко мне, Фейсал? — отрешенно спросила женщина. — Мне показалось, что Вы хотите поговорить со мной, — услужливо проговорил он, поежившись под ее взглядом, который был суровее, чем обычно. — Тебе это только показалось, — она всем своим видом демонстрировала, что не настроена говорить. Фейсал молчал, не поднимая головы, обдумывая, стоит ли говорить, но все-таки решился: — Она покидает дворец… моя госпожа… Эта женщина… — И взглянул в глаза. Оба знали, о ком идет речь. — Такова воля ее господина, — ровно ответила шейха. — Но вчера он ночевал в ее опочивальне, а сегодня высылает… — Не успел договорить, как тут же запнулся, испугавшись ее ледяного взгляда и стального голоса. |