Книга Ищу фиктивного мужа! Срочно, страница 74 – Ники Сью

Дима этот концерт устроил для шефа, а не из-за меня.

Домой едем вместе с Димой, Сан-Саныч его любезно отпустил. Молчим. Я смотрю в окно, стараясь не думать о чем-то плохом. Понимаю, надо бы разрядить ситуацию, как-то разбавить эту гнетущую тишину.

— Вас сильно накажут? — спрашиваю, намекнув на Ефима.

— Да ерунда, там полторашка штраф, — бодрым голосом отзывается Донской. — Не бери в голову.

— План, конечно, максимально опасный.

— Мы спасатели, — горделиво кивает он. — Для нас опасность — это норма.

Снова замолкаем. Я хочу спросить, оправдался ли план Димы, но не рискую. Сердце и так предательски ноет, словно у него с корнями выдрали крылья. Нельзя влюбляться в мужиков, которые твоими никогда не будут. Или… нужно стать обольстительницей и завоевать его внимание самой?

Блин… второго я никогда не делала. Не уверена, что знаю, как надо и что это вообще поможет.

— А что этот… — неожиданно спрашивает Донской. — Гера, что он у тебя делал? Смотрю, уже сблизились.

— Да нет, — отмахиваюсь, пытаясь перевести это в шутку. — Он не в моем вкусе.

— У него кажется, другое мнение.

— У него вообще странное мнение, но мне плевать.

Мы переглядываемся и у меня ощущение, словно Дима облегченно выдыхает. Может, рискнуть и спросить, почему он приехал и на Геру наезжал?

Вдруг… ну не знаю, это не для дела, а из-за меня. Вдруг случилась магия и у нас на пару чувства вспыхнули? Разве такое невозможно?

Пока я собираюсь с мыслями, мы доезжаем до нашего, вернее района, Димы. А там… прямо у порога, оказывается, нас уже ждут. Вернее Донского.

Дима чешет макушку, вылезая из машины с грацией человека, который только что вспомнил, что забыл выключить утюг. Я выскакиваю следом, быстро оглядывая себя: джинсы не порваны, футболка чистая, волосы… ну, допустим, это "творческий беспорядок".

— Мам, ты чего пришла? — Дима смотрит на свою мать, Ольгу Никитичну, как на внезапно оживший экспонат музея. Будем честны, я тоже маленько в шоке.

Ольга Никитична, женщина с энергией атомного реактора и улыбкой, которая могла бы растопить айсберг, заглядывает за спину сыну и, заметив меня, машет рукой так, будто мы с ней сто лет знакомы.

— Пирожки принесла! — гордо заявляет она, потрясая пакетом, от которого пахнет чем-то божественным. — Давай, Димка, помоги.

Она суёт пакет в руки сыну, а меня вдруг подхватывает под локоть с такой скоростью, что я чуть не теряю равновесие. Мы уже на всех парах несёмся к подъезду

— Какие пирожки? — кричит Донской нам в след.

Останавливаемся у лифта, ждем пока створки откроются. Ситуация, конечно, хотя Ольга Никитична меня не напрягает, она вообще кажется милой женщиной. С юмором.

— Какие? С капустой, — отвечает она, будто это и так очевидно.

— В субботу вечером? — Дима выгибает бровь, пытаясь вклиниться между мной и своей мамой, но Ольга Никитична ловко оттесняет его локтем, как заправский хоккеист.

— Я их всё равно не тебе принесла, для Надюши старалась, — заявляет она, подмигивая мне. Я чувствую, что щёки начинают гореть. Это что, я теперь официально в списке её любимчиков?

Лифт открывается, и мы втискиваемся в тесную кабинку, где пахнет чьими-то духами, надеюсь, не Ольги Никитичны, иначе подружками нам не стать.

— Я же говорил, — бурчит Дима. — У нас всё не по-настоящему.