Книга Гори со мной, страница 122 – Лера Титова

Первого я уложил у входа — он выскочил из-за контейнера с автоматом наперевес, но не успел нажать на спуск. Второго и третьего — в главном цеху, где они пытались организовать оборону за перевёрнутыми столами. Четвёртого и пятого — на лестнице, ведущей к офисным помещениям.

Снайпер на крыше успел ранить одного из наших — молодого парня по имени Костя, который только месяц как перешёл из охраны порта в боевую группу. Пуля пробила бронежилет и застряла в плече, парень упал, но остался жив. Я оставил его с медиком и пошёл дальше.

Самый ожесточённый бой разгорелся в доке, где стояли полуразобранные катера. Балканцы держали оборону отчаянно — трое пулемётчиков засели за стальными листами и поливали огнём всё, что двигалось. Мы потеряли двоих, прежде чем Серёга зашёл им в тыл и закидал позицию гранатами. Взрыв, ещё один, крики — и пулемёты замолчали.

Я продвигался вперёд шаг за шагом. В голове звучал голос Софии: «Возвращайся. Поклянись». Я клялся. И я возвращался. К ней. К Марко. К нашей жизни.

Последний бой произошёл в административном здании. Там, на втором этаже, забаррикадировался командир наёмников — здоровенный серб по имени Вук, работавший на Греко последние пять лет. Когда я поднялся по лестнице, перешагивая через тела его людей, он ждал меня в коридоре. Без оружия. Со сломанной рукой, висящей плетью. Его глаза горели ненавистью, но он стоял, не делая попыток атаковать.

— Северов, — произнёс он с акцентом.

— Вук. Конец игры.

— Ты думаешь, что победил?

— Я знаю.

— Греко не остановятся. Вырежешь одного — придёт другой. Ты воюешь с гидрой, а у неё много голов.

— Значит, будем резать, пока не кончатся.

Я выстрелил. Он упал. Война закончилась.

За окнами занимался рассвет. Мы зачистили базу за два часа. Захватили пленных, оружие, документы. Среди бумаг нашли список целей — порт был только первой. Дальше шли офис Руссо, особняк Лучано и наш пентхаус. Если бы мы не ударили первыми, они бы уничтожили нас.

Я стоял над телом Вука, когда в рации раздался голос Дэна:

— Шеф, мы нашли кое-что. Вернее, кое-кого. Ты должен это увидеть.

Я спустился в подвал. Там, в дальней комнате, на стуле сидел человек. Он был избит, но жив. И когда я увидел его лицо, моё сердце пропустило удар.

Марко Греко-старший. Не сын. Отец. Адриано. Собственной персоной.

Старый Дон выглядел жалко. Разбитое лицо, сломанный нос, кровь на рубашке. Но глаза — холодные, расчётливые — смотрели на меня с прежней силой.

— Северов, — прохрипел он. — Я ждал тебя.

— Ты не в Риме, — сказал я. — Ты здесь. Почему?

— Потому что я хотел видеть твоё поражение своими глазами. Но мои люди... они предали меня. Продали твоему отцу.

— Ты хотел видеть моё поражение? — я усмехнулся. — А увидел своё. Ирония.

— Твой отец заплатил им больше, чем я. Вадим Северов, старый лис. Он знал, что я здесь. Знал с самого начала. Он играл со мной, как кошка с мышью. Ты — просто пешка в его игре. Как и я. Как и все мы.

Я слушал его и чувствовал, как внутри закипает ярость. Отец знал. Знал, где Греко, знал о засаде, знал обо всём. И ничего не сказал мне.

— Зачем ты мне это говоришь?

— Потому что я хочу, чтобы ты знал правду. Твой отец — кукловод. Он дёргал за ниточки, а ты танцевал. И я танцевал. Но теперь... теперь танец окончен.