Онлайн книга «После развода. Слепая любовь генерала»
|
Просторную, светлую, с розовой кроваткой принцессы, с отдельной ванной, в которой и маленькая ванночка тоже была. У меня сердце сжалось. Значит, готовился к тому, что мы… — Нравится? — спросил тихо, я кивнула. — Да, очень красиво, спасибо. — Тебе спасибо. — За что? — За нее. За меня. За всё, Лёль… Спасибо говорит, а у меня в голове столько всего. И сон этот. И слова… Слова, которые все вокруг говорят. Любишь же ты его… любишь… Смотрю сейчас и понимаю — люблю. Не могу, больно так, словно кислотой мое сердце заливают! Больно. Горько. Обидно. Страшно. Но я люблю его, черт возьми, люблю! Почему я должна из-за какой-то… из-за какой-то малолетней шалавы, возомнившей себя роковой разлучницей, страдать всю оставшуюся жизнь? Да плевать мне! Плевать! Захочет еще раз на кого-то посмотреть? Пусть попробует! Я ему глазищи эти его синие выцарапаю! Или нет, не буду я руки марать. Не стоит оно того. Если опять, то… Значит, судьба мне такая быть преданной. — Лёля… Лёль… Я больше никогда. Я… не смогу никого, кроме тебя. — Один раз смог. — Знаю. Мне этого раза на сотню жизней вперед хватило. Ты моя, слышишь? Только ты моя. И всё. Единственная. Неповторимая. Что бы ни было. Даже если ты скажешь мне, что никогда… я всё равно твой. — А если не скажу? Надюшка спит счастливая в новой кроватке, во сне улыбается. А мы сидим рядом, прямо на полу, на пушистом ковре. — Лёля… Смотрю на него, и вспоминаю свой сон. Как в огне он горит. Как я смотрю на это и умираю от боли. Не хочу больше умирать. Жить хочу. Жить и любить. И будь что будет. Поэтому я тянусь к нему сама. Обнимаю, прижимаюсь к его телу, сильному телу, которое я так хорошо знаю и помню. Каждую клеточку, каждую мышцу, каждый мускул… — Лёля… — Поцелуй меня, генерал, поцелуй… как раньше… — Лёлька… И он целует. Жадно. Голодно так. А у меня слезы на глазах. Мой он. Мой! Весь мой! И мне плевать на прошлое, на всё плевать. Мы заслужили быть счастливыми. И он, и я. И пусть он оступился, да, пусть… пусть предал. Это тоже бывает. И это тоже надо пройти. И Господь любит и прощает не только праведников, но и грешников. А если уж Бог прощает, то как могу я не простить… Люблю его. Сильно люблю. И мне так хорошо! Отрываюсь от его губ и смеюсь тихонько… — Ты что? — Это от счастья… — Ласточка моя… Любимая моя… Моя… — Тут малышка же… — Он спит… — Проснется… — Не проснется, ты же покормила? И потом, кровать закрыта, она не увидит… Уговаривает меня. А сам уже раздевает. — Или, хочешь, пойдем в мою спальню. — Нет, не хочу никуда идти, здесь хочу, скорее… Тебя хочу… И мы любим друг друга прямо на полу, на ковре. Остро, одержимо, страстно, сладко… Очень быстро, потому что так скучали наши тела! И наши души… И потом сразу… — Подожди ты… без защиты… Опять… — Думаешь, второй раз в ту же воронку снаряд? — Матвей, смотри… — Я смотрю. Парня мне еще родишь. — Сумасшедший. — Люблю тебя просто очень сильно, слышишь? — Чувствую… Так сразу? Так бывает? — С тобой у меня всё бывает. Всё. Любимая моя, единственная моя. Любимая, единственная, родная, нежная, ласточка, счастье мое, любовь моя… Он шепчет, а я таю. Слушаю. Верю… Люблю. Сгораю вместе с ним и воскресаю… Сгораю. Нет! Стоп, я должна… — Матвей, сон… — Сейчас, малышка, сейчас… потом, потом твой сон, всё потом. Сейчас хочу тебя. Любить хочу. За все эти годы… Не налюблюсь, наверное, никогда. Любимая моя. Лёля… Лёлечка… Лёлюшка моя… |