Книга Годовщина развода. Растопить лёд, страница 61 – Элен Блио, Полина Измайлова

Я поражаюсь наглости этой суки!

Какая изворотливая дрянь!

Вот так всё так перевернуть в свою пользу…

Нет, ну этого, конечно, следовало ожидать, но всё равно я смотрю и не верю.

В голове не укладывается!

По ее словам, это Артём ее домогался, а она, мол, даже допустить такого не могла, чтобы связаться с отцом подопечной. Ни-ни. Она не такая.

Я от злости сжимаю зубы, трясет, сердце бьется бешено.

Слушаю дальше. А дальше Аделина надевает на себя маску жертвы.

Якобы наша семья пытается уничтожить ее карьеру.

Никто, мол, не вспоминает и не ценит того, что она вытащила девочку буквально из ниоткуда.

Эта гадина приписывает все заслуги себе. Что заметила в девочке талант.

Не щадя себя, занималась с ней, надеялась сделать из Василисы чемпионку.

Думала только об ее успехах и ни о чем больше.

Как вишенка на торте — история с падением Василисы.

Оказывается, и упала она специально, и вообще симулирует.

А все представленные документы из больницы — подложные.

Здесь Аделина делает паузу и с заговорщическим видом выдает главный “секрет” — что эти документы подготовил врач больницы, у которого роман с матерью пациентки. То есть со мной!

— Делайте выводы сами, — жмет плечами Аделина, подводя итог. В глазах у нее светится торжество, на губах — коварная улыбка победительницы. — И не позволяйте себя обмануть. Правда всегда побеждает.

— Тварь! — в сердцах выплевываю, выключая мерзкую запись. — Правда… Я тебе покажу правду!

Пытаюсь успокоиться, расхаживая нервно по коридору туда-сюда.

Надо не реагировать так бурно, не рубить с плеча.

Этого тварь и добивается!

Ведь, если подумать, все ее слова яйца выеденного не стоят.

Их все можно опровергнуть! Особенно в части диагнозов Василисы!

Доказать, что документы не подложные, что наша девочка действительно травмировалась, она действительно истощена и морально, и физически.

Но как это сделать? В каком ключе? Записать опровержение?

Подать на тренершу в суд за клевету? Запросить медицинское заключение в другой больнице?

Надо посоветоваться с юристами. Тут важно сохранять трезвую голову.

Пусть внутри всё бурлит и кипит. Хочу позвонить Артёму, но в этот момент вижу высокую фигуру Влада. Он идет в мою сторону с пачкой документов в руке.

Подходит и сразу же замечает мое обеспокоенное лицо.

— Снежа, что случилось? Что-то с Васей? — Кидает встревоженный взгляд на дверь палаты дочери.

Мотаю головой, стараясь дышать более размеренно.

— Нет-нет, с Васей всё хорошо. Более чем. Дело в Аделине, в тренерше.

Влад сводит брови, сразу же чувствует неладное, предлагает пойти в его кабинет, на что я соглашаюсь. В уютном замкнутом пространстве, рядом с другом, мне становится лучше, спокойнее. Он наливает мне чай, вручает кружку, садится напротив.

— Рассказывай.

Мне, конечно, не очень ловко вываливать на него все мои проблемы, но рассказать приходится.

— Ты сам посмотри, — говорю, закончив свой рассказ о последних событиях.

Передаю ему телефон. Влад берет его, нажимает воспроизведение записи, смотрит.

Как только Аделина завершает свой спич, Влад еще какое-то время сидит молча, а потом с протяжным вздохом откладывает телефон.

— Всё это чушь, — заявляет непоколебимым тоном, — ты же это понимаешь? Я не знаю, сама ли она это придумала, или ей подсказал какой-то непрофессиональный юрист, но эта твоя Антонова только сильнее себя закапывает. Знаешь, это похоже на агонию загнанного зверя, который не может выбраться из капкана и готов отгрызть себе лапу, лишь бы выжить.