Онлайн книга «Годовщина развода. Растопить лёд»
|
— Зверя… Меня передергивает от этого сравнения. Аделина точно зверь. Но не загнанный, а хищница, готовая к атаке. Вернее, она уже предприняла ее. Сделала свой ход. И я понимаю спокойствие Влада — на его стороне факты. Насчет медицинского заключения вообще сомневаться не стоит. Он с легкостью докажет свою правоту. А вот всё остальное… — Мы можем привлечь сторонних специалистов, — продолжает Влад, видя, что я молчу. — Они могут провести независимое обследование и предоставить те же данные, что и я. — Влад, насчет медицины я не сомневаюсь от слова совсем, — успокаиваю его. — Это самая легкая и доказуемая часть. Но вот насчет другого… — А что тебя волнует? Наш с тобой якобы роман? Или связь Аделины и твоего мужа? — Ну конечно! Кто-то же всё равно примет сторону Аделины! Кто-то не знающий ситуацию изнутри! — говорю взволнованно, по ходу разговора продумывая и прикидывая разные варианты развития событий. — Значит, нужно позволить всем, кого она втянула в эту историю, узнать ее изнанку. Тут ничего не попишешь. Придется всё рассказать честно, как есть. Снеж… — Он протягивает руку, чтобы уверенно сжать мои пальцы. — Вы победите, ты даже не сомневайся. Дело вышло громким, это дополнительное осложнение, но в то же время… В то же время общественный резонанс может помочь. И ты… не переживай, что… что она про нас сказала… — Влад, мне правда неудобно, это вообще за уши притянуто… Но откуда она узнала, что мы с тобой учились вместе? — спрашиваю и вдруг вижу, как Влад усмехается, при этом отпускает мою руку и откидывается на спинку стула, качая головой. — Значит, без шансов, без вариантов? Я не понимаю его. О чем он? Влад молчит, сверлит меня взглядом. И тут до меня доходит. Шанс… Я хочу дать Артёму второй шанс, а оказывается, что и Влад ждет от меня чего-то. Черт… — Влад, прости… я даже не подумала… я не… — Снеж, не надо, я же понимаю, ты его любишь, у вас трое детей, на что я вообще рассчитывал? — Он усмехается вроде горько, но не обреченно, не со злостью, скорее, по-доброму. И с пониманием того, что ничего между нами в принципе и быть не могло. И он это принимает. Просто была крохотная надежда, которую он даже не успел мне продемонстрировать. Вот только, даже если бы сделал это… Я бы всё равно не ответила на его ухаживания. Сейчас я окончательно и бесповоротно понимаю, что никогда не переставала любить Артёма. Люблю. Буду любить. И хочу быть с ним счастлива. И никакие другие мужчины для меня не существуют. — Влад, ты правда замечательный, очень хороший, но… — Знаешь, как говорят? Всё, что произносится до “но”, не имеет значения? — Имеет, Влад, правда имеет, — я говорю это искренне и горячо, чтобы не оставлять между нами неловкость и недомолвки. — Всё, что случилось с Василисой, заставило меня сделать переоценку ценностей, и я поняла, что слишком сильно застряла в своей обиде на мужа, что я готова перешагнуть всё и идти дальше. Я думаю, что так будет лучше. И я хочу этого. — Спасибо за честность, Снеж, ты тоже замечательная и заслуживаешь счастья, как никто, — доверительно улыбается мне Влад, возвращаясь к образу рубахи-парня и друга. — А с тренершей мы повоюем. Ты не переживай. Я буду стоять за Василису как за свою дочь. Ну что, друзья? — Друзья, Влад, — смеюсь, а он поднимается из-за стола и идет ко мне, и мы обнимаемся. По-доброму. Без единого намека на что-то романтичное. |