Книга Развод в 45. Любовь генерала, страница 77 – Полина Измайлова

— Лисица… — заговариваю уже почти около дома, предложил прогуляться, от ресторана до моего корпуса через парк дорога. — Давай сразу точки расставим.

— А запятые потом?

Смотрю на нее, торможу.

— Ты о чем?

— А ты?

— Я? Я о том, что мне на слова этой мадам плевать. Я тебе доверяю. И всё, что было в прошлом — остается в прошлом, да?

— Да, Эва. — Горло почему-то сводит от ее слов. Значит — доверие. Значит… любовь?

— А ты, Зимин? Твои точки — это что? Не веришь, что у меня к тебе серьезно? Боишься, что я к мужу решу вернуться?

Внутри как-то зудит неприятно. Колет. И сказать стыдно.

— Боишься, значит. Дурак ты, Зимин.

— Дурак, да. Влюбленный дурак. Ты что со мной сделала, Лиса, а?

Хватаю ее, притягиваю, в себя впечатывая. Потом совсем башню сносит, подхватываю ее, от земли отрывая, с дорожки схожу, в кустах тропку нахожу, а потом и ствол покрепче, прижимаю ее спиной, юбку задирая.

— Ополоумел, генерал? Нас же сейчас твой же патруль…

— Ты же кричать не будешь, рыжая?

— Глупый, до дома сто метров осталось.

— Мне сейчас надо, и здесь, слышишь? — Ширинку раскрываю.

— Комары покусают, боже, Олег!

— Не покусают. — Белье двигаю и въезжаю сразу на всю длину, чувствуя, как у нее там всё хлюпает. — Ничего себе… Это тебя так перепалка с бывшим возбуждает?

— Идиот ты, Зимин.

— Если да, давай его почаще в гости звать, — говорю, а сам начинаю долбить, пока не слишком быстро.

— Придурок.

— Это ты виновата, что я таким стал.

— Неужели?

— Бесишь меня… Из себя выводишь… От ревности с ума схожу.

— К кому ревновать-то?

— Ко всем. Ты же не видела, как на тебя мужичье в ресторане пялилось?

— И как?

— Сука, хотелось каждому втащить.

— Дурачок ты, Зимин, подумаешь, пялятся? У них же нет такой красивой женщины?

— Угу, им мою подавай

— Вот именно. Твою. Я же твоя, Олег, вся твоя.

— Правда?

— Да.

— Хорошо.

В губы ее впиваюсь, поднимаю повыше, бедра оглаживать успеваю, на руках держа. Такая она у меня вся сочная, мягкая, мокрая, гостеприимная, просто с ума сойти можно. Долблю, чувствуя, что вот-вот взорвусь, она начинает сжимать меня мышцами внутри, стонет, дышит тяжело.

— Давай, красивая, давай. Я готов… Давай вместе.

И у нас получается вместе. Приходится ее рот закрыть, мычит мне в ладонь, заходясь в судорогах оргазма, и я с ней…

Фух… Отпускаю, опускаю…

— Боже, Зимин, сумасшедший! Дома кровать! А ты…

— Люблю тебя, Лиса, слышишь? Никому не отдам.

— Я тебя тоже никому не отдам генерал, пойдем?

Слышим какой-то шум, кто-то бежит по парку.

Черт, поправляю ее платье, свои брюки.

Фигурка проносится буквально в метре от нас.

— Алёна, стой!

Фролов?

Интересное кино…

Эвелина

Лежу, смотрю в потолок его квартиры и улыбаюсь. Счастливая… Господи! Как дурочка просто.

И как быстро это всё с нами случилось! Ведь всего-то несколько дней прошло. Неделя. Не месяцы, не годы.

Может, с возрастом всё вот так, быстрее? Просто уже понимаешь, твой это человек или не твой. Знаешь, чего хочешь.

Да, наверное, если бы Андрей мне не изменил, я так и жила бы с ним и считала, что счастлива. А может, я и была счастлива? Просто сейчас… Сейчас это совсем другое.

И я понимаю, что я рада, что всё так случилось.

Что Демид вдруг решил круто изменить жизнь и пойти в армию.

Что я поехала в этот дурацкий военкомат.