Книга Ты знаешь, мама, он какой..., страница 120 – Карина Волк

Слышала когда-то, что боль рождает человека заново … Не знаю, правда это или нет, но после большой душевной боли человек внезапно просыпается совершенно другим и начинает жить совершенно по-другому. И я этому живой пример.

— Вы думаете, что Морозов будет мне угрожать?

Мужчина напряжённо поводил глазами и прижавшись к спинке кресла, молвил, — Платон Аркадьевич — опасный человек. Ребята из убойного отдела и по борьбе с экономическими преступлениями давно к нему приглядываются.

Каждый человек хоть раз в жизни сталкивался с болью не только телесной, но и душевной. Это самая тяжёлая боль, которую трудно пережить. Она может возникнуть по разным причинам: утраченная любовь, потеря близкого человека или другие жизненные ситуации, которые человек переносит с трудом… Я потеряла всё… По вине Морозова лишилась всех радостей жизни. Просыпаюсь утром и задаюсь вопросом, почему я всё ещё жива? Ради чего? Для кого?

Человек не может двигаться вперёд, если душу его разъедает боль воспоминаний.

Справлюсь… Забуду…

— Елизавета Игоревна, пожалуйста, будьте аккуратны. Никому ничего лишнего не говорите. Если почувствует, что от вас исходит угроза, то неизвестно…, — мужчина прижал губы.

Болезненно усмехнулась.

— Вы что считаете, что Морозов меня убьёт?

— Не знаю. Но ничего не исключаю, — следователь нарочито и приглушённо постучал карандашом по деревянной поверхности. — Его отец был криминальном авторитетом. Соответственно, в криминальном мире у его сына остались неплохие и довольно крепкие связи, — он приподнял руку и лениво покрутил карандаш.

Душа полыхала. Хотелось срочно побежать, схватить огнетушитель и потушить огненную боль.

— Думаю, что в скором времени я уеду из города. Меня здесь ничего не держит.

Следователь одобрительно кивнул.

— Правильно. Уезжайте. Не стоит подвергать свою жизнь опасности. Но только прошу вас сохранить номер телефона. Вы можете нам понадобиться в любую минуту.

— Хорошо, — взяла свой рюкзак и встала. — Могу идти.

— Да. Пожалуйста.

Когда сердце разбивается, это происходит беззвучно. Внутри у нас все надрывается от крика, но этого никто не слышит.

Покинув душный кабинет вышла на свежий воздух.

Если что-то болит — молчи, иначе ударят именно туда. И я молчала, скрывала свою боль.

Повернула голову и увидела чёрный Ройс Роллс. Из дорогостоящего автомобиля, который резал глаз, с учётом того, что на стоянке у здания следственного комитета также были припаркованы далеко не бюджетные транспортные средства, но всё-таки далеко не такие фешенебельные и помпезные.

Из салона автомобиля выскочил крепкий молодой человек и моментально распахнул дверь. В считанные мгновения на улице появились две женщины. Невольно ахнула и отступила. Чёрт. Молниеносно распознала Викторию. Надо уходить или, в противном случае, скандала не избежать. Развернулась и торопливой походкой последовала к своему автомобилю.

— Лиза, подождите, — блин не успела по-тихому сбежать.

Мне только до полного «счастья» не хватало получить хорошую порцию негатива со стороны семьи Морозова.

Виновато опустила голову и развернулась. Где моё сострадание? У меня были противоречия с Викторией, но тем не менее у неё огромное горе.

— Здравствуйте, — ко мне подошла мать Виктории, сама же девушка без лишних слов пошла в сторону здания следственного комитета. — Лиза, меня зовут Светлана Аркадьевна. Я жена. Вернее, бывшая, — замешкалась женщина. — В общем ни жена, ни вдова.