Книга Семейное положение: папа-дикарь, страница 65 – Вероника Лесневская

Деловая. Здесь я привык все контролировать.

— Вы полетите с нами, Лиза? — просит Салтыков. — Таюше будет спокойнее.

Насколько я знаю, рыжей нельзя в Москву. Мне — тем более. Но она послушно кивает, а я делаю шаг вперед, оказываясь рядом с ней. Пара года — два беглых идиота.

— Я вас одних не отпущу, — вклиниваюсь в разговор. — Как начальник службы безопасности, я обязан быть рядом.

— Уверены, Тихон? — удивленно вскидывает брови босс. — Может, отправите кого — то из охраны? Вы же говорили, что ноги вашей в Москве не будет. И что там...

— Я не страдаю склерозом и прекрасно помню все, что говорил, — осекаю его, поднимая ладонь. — Но я лично буду сопровождать вас. Это не обсуждается, а остальное — мои проблемы.

— Тогда я пойду в палату к Таисии, успокою ее, — пятится Лиза, пытаясь сбежать от меня, но я машинально хватаю ее за руку.

Пазл складывается, все детали занимают свои места, но я хочу услышать правду от неё. Для меня это важно.

— Значит, не собачий доктор, а человеческий? — криво ухмыляюсь, сжимая пальцы на ее тонком запястье.

— Акушер — гинеколог. В прошлом… Пока муж не подставил, — признается чуть слышно, переступая через свою гордость. Выглядит беззащитной и уязвимой. Особенно, когда добавляет виноватым шепотом: — Простите, Тихон.

— Беги, акушерка, — выплевываю без злости. Разжимаю ладонь. — Не сожги палату.

Лиза нервно улыбается, кивает и, схватив медицинский халат, мчится в отделение, куда ее беспрепятственно пропускают по блату. Щупальца ее властного мужа протянулись даже в Магадан, но отчаянная акушерка хитро воспользовалась фамилией и связями того, от кого бежала. При этом ей пришлось раскрыться перед всеми. Рискнуть собой ради незнакомой беременной девчонки, которую она видит второй раз в жизни, и эта самоотверженность подкупает.

Подтекаешь, Дикарев. Дело — дрянь.

По пути Лиза оборачивается, будто проверяет, не передумал ли я, — и чуть не влетает в косяк. Дергаюсь, чтобы поймать ее в случае чего, но она восстанавливает равновесие и скрывается за дверью.

Я закатываю глаза.

Кара небесная, а не баба. За все грехи с запасом.

Некоторое время спустя. Москва

Лиза

— Это ещё кто такая? — грозный мужской голос грохочет на весь коридор московского роддома, и я инстинктивно сжимаюсь, пытаясь слиться со стеной.

Как только наш самолет приземлился в столице и я ступила на чужую землю, которую совсем недавно считала своей, страх быть пойманной Золотаревым накатил с мощной силой. Я бежала, озираясь по сторонам, как воровка, хотя ничего не украла — сын мой по закону. Как назло, всю дорогу Тихон следовал за мной по пятам, будто перепутал, кого именно должен охранять.

Присутствие таежного дикаря тяготит, немного пугает и одновременно дает ощущение защиты. Его не должны волновать проблемы бедовой рыжей москвички, но создается впечатление, что он искренне хочет помочь. Или… подобраться ближе к моему сыну, который тоже родился в новогоднюю ночь?

У меня развивается паранойя. И все из — за Никитки.

Я специально оставила его с тетей Аней в Магадане, подальше от щупалец моего мужа — спрута. Не понимаю, зачем ему понадобился ребёнок, но при желании Золотарев подключит все связи, чтобы лишить меня родительских прав. И победит так же легко, как отнял у меня любимую профессию.