Книга Диагноз: так себе папа, страница 133 – Вероника Лесневская

Собравшись с духом, осторожно выхожу в холл. Картинка, которая предстает перед глазами, заставляет улыбнуться и на секунду расслабиться.

Очаровательные сестрички.

Таисия наклоняется к Любочке, прикрыв ее длинными белоснежными волосами, как завесой. Не обращая на меня внимания, она порывисто расцеловывает малышку, гладит по голове, перебирая озорные кудряшки, крепко обнимает ее и покачивает в руках, как младенца, а сама украдкой размазывает слезы по румяным щекам.

Дочка у Власа и правда необычная, но безумно красивая. Фарфоровое, как у старинной куклы, лицо, светлые брови и ресницы, нежные черты, сказочные фиалковые глаза.

Настоящая принцесса.

Не понимаю, как родная мать могла бросить такую милую дочь. Впрочем, она и от Любочки отказалась… Стерва.

Я бы так не поступила... Ни за что на свете.

Я замираю с глупой улыбкой на губах, когда Тая поднимает на меня свой волшебный взгляд. Она резко выпрямляется, поморщившись и схватившись рукой за поясницу, и я машинально подхожу ближе, заботливо придерживая ее.

— Потерпи, дорогая. Тебе нужно время, чтобы восстановиться после тяжелой беременности и родов, - ласково уговариваю ее, поглаживая по спине, и веду в гостиную. - Устраивайся на диване или можешь подняться к себе. Правда, твою комнату Любочка облюбовала…

— Все нормально, - лепечет она, не сводя с меня глаз. - Я останусь с двойняшками, надо переодеть их, покормить, подгузники проверить…

— С малышами я помогу, - осекаюсь, споткнувшись о ее задумчивый, настороженный взгляд. И чуть слышно добавляю: - Если позволишь. Кстати, где они?

— С папой и Яром. Мне не разрешили люльки трогать. Сказали, что нельзя поднимать тяжести, - смешно надувает губы, как капризный ребенок. Сама ещё маленькая, а уже мамочка.

— Правильно. Тебе надо, прежде всего, себя беречь.

— Прошу прощения, мы не знакомы, - аккуратно произносит она, с прищуром изучая меня.

— Меня зовут Маргарита, и я….

«Жена твоего отца», - застревает в горле.

Почему-то не решаюсь произнести это вслух.

Она ведь должна узнать меня, верно? Влас наверняка ее предупредил.

Разве может быть иначе?

— Очень приятно, - без эмоций протягивает Тая, и у меня мороз по коже от ее тона. - А вы кто?

— Мама Рита! - объясняет ей Любочка по-своему и, вприпрыжку подбежав ко мне, обхватывает меня за ноги. - Самая хор-рошая! Тебе понр-равится.

Таисия ее энтузиазма не разделяет. Мы молча смотрим друг на друга - и не знаем, как реагировать. Одинаково растеряны и дезориентированы.

В дом заходят с мороза счастливые мужчины, переговариваются между собой, смеются. У каждого в руке по люльке с младенцем. Завидев меня, Влас аккуратно передает свою ценную ношу Ярославу - и отправляет его с двойняшками наверх в спальню. Любочка бежит за ними, а следом, как телохранитель, нехотя плетется Фил, но на втором этаже поворачивает в свою комнату. Надо будет поговорить с сыном по душам, но для начала придется объясниться с дочерью Воронцова, которая шокированно молчит.

— Так, девочки, я сейчас все объясню, - серьезно чеканит Влас, на ходу снимая перчатки.

«Ты не сказал ей?» - беззвучно шевелю губами и испепеляю мужа, без пяти минут бывшего, строгим взглядом. Читаю ответ в его виноватых, как у побитого пса, глазах.

Воронцов, черт бы тебя побрал, как это понимать?