Книга Приват для Ректора, или Возраст имеет значение, страница 82 – Рика Лав

— Что неправильного, девочка? — улыбнулся и провёл пальцем по влажной плоти, едва касаясь и дразня. — То, что я хочу тебя?

Не дожидаясь ответа, я наклонился и провёл языком по той же дорожке, что только что прочертил пальцем, и Лера вскрикнула, выгибаясь, я едва удержал её бёдра на месте.

— Гүзәлем… (⁵) — прошептал между поцелуями.

Вернул ластовицу трусиков на место, закрывая то, что только что исследовал, и Лера вдруг разочарованно застонала.

— Нет... не останавливайтесь... пожалуйста... — она буквально умоляла меня, в её голосе была такая отчаянная нужда во мне, что захотелось дать ей всё, чего она просит.

Но я сдержался, продолжая целовать поверх ткани, бельё становилось всё более мокрым, промокая от её возбуждения. Моя робкая девочка, которая ещё вчера не могла произнести слово "хочу", сейчас стонала и умоляла меня не останавливаться, забыв про стыд и приличия.

Я чередовал нежные поцелуи с более настойчивыми, иногда прикусывая ткань и оттягивая, иногда проводя языком, иногда прижимаясь к лону напротив клитора, что заставляло Леру вскрикивать особенно громко.

Её руки метались, не зная, куда деться, то вцеплялись в простыни, то зарывались в мои волосы, то падали на грудь, в забытьи без стыда сжимая собственную округлость через лифчик, явно мечтая, чтобы это сделал я.

Всё её тело превратилось в один оголённый нерв, реагирующий на каждое моё прикосновение, на каждый вздох, на каждое движение. Я думал только о том, во что превратится эта кошечка сегодня вечером в моих руках.

— Вадим Дамирович... я… я... пожалуйста... — я знал, о чём она просит, но решил, что лучше оставить её в этом состоянии, на грани в ожидании продолжения.

Чем дольше она раскрывается, тем больше она хочет этого, глупцы те мужчины, что сразу идут в постель. Ожидание секса — лучше самого секса.

Я оторвался от неё, тяжело дыша и поднимаясь на ноги, разглядывал картину перед собой. Лера лежала на кровати раскинувшись, грудь вздымалась и опускалась под лифчиком, на щеках румянец, губы припухшие и приоткрытые, глаза затуманены желанием, а между бедер ткань трусиков настолько промокла, что стала полупрозрачной.

Самая прекрасная картина, которую я видел в своей жизни, и если бы я был художником, то посвятил бы остаток дней попыткам запечатлеть этот момент на холсте.

— Вадим Дамирович... — смущаясь до слез в глазах, прошептала она, протягивая ко мне руки. — Не уходите... прошу вас... не оставляйте меня так...

Усмехнулся, наклоняясь и целуя её в лоб, потом в кончик носа, и в последнюю очередь — в губы. Девочка простонала, касаясь ладошкой моей груди. Положил ладонь поверх, прижимая её к своему сердцу.

— Я жду тебя на кухне, җаным, — произнёс, отстраняясь и направляясь к выходу. — Там мы и начнём наше занятие. Пока ты будешь готовить обед, я буду учить тебя кое-чему интересному. А на вечер… у меня есть идея для учебного метода. Сегодня у нас с тобой будет лекция по… Османской империи.

Обернулся у двери, бросая через плечо и усмехаясь при виде её растерянного лица:

— И надевай что-нибудь удобное. Платье или юбку предпочтительнее. Так будет... практичнее для урока.

Вышел, закрывая за собой дверь.

Бер, ике, өч, дүрт, биш, алты, җиде... (⁶)

Тяжело… очень тяжело.

Но я буду терпеливым. Потому что ради такого взгляда, каким Лера смотрела на меня минуту назад, можно отдать всё. Можно проиграть все битвы, лишиться всех регалий, потерять всё, что нажито годами.