Книга Принцип исключения, страница 50 – Алина Аркади

— Значит, так, Таисия, – голос Марго звенит от раздражения, а сама она переваливается через стол, нависая надо мной, – повторюсь: наш мэр является основным спонсором Школы, а значит, человеком, заслуживающим безграничного уважения. Поэтому, если желаешь задержаться здесь и когда-нибудь провести свою первую тренировку, придётся ответить Леониду взаимностью.

— Это угроза?

— Предупреждение, – рявкает женщина, развалившись в кресле и придирчиво скользя по мне взглядом, но затем, словно по щелчку, меняется в лице: – Тасенька, одно свидание, – щебечет, уговаривая, – просто ужин, приятная беседа, и ничего более.

— Я подумаю, – поднимаюсь, чтобы убраться подальше от Марго и её слащавых речей, и почти покидаю кабинет, когда слышу:

— Хорошо подумай. Иначе в моей Школе тебе ничего не светит.

Оставив без ответа выпад Воропаевой, в панике набираю Гришу и слышу «занят», которое невероятно злит. Не могу позвонить родителям, потому что единственной реакцией станет требование прямо сегодня купить билет и отправиться домой. Но я не могу отказаться от Гриши сейчас, когда столько сделано мною для того, чтобы оказаться совсем близко и получить возможность стать для мужчины единственным выбором.

Покидаю Школу ближе к вечеру, не получив никакой информации о Леониде и возможной встрече. Ликую, уверенная, что Марго передала мои слова и дала понять сыну мэра, что девушка, которую он пожелал, занята, но интуиция вопит в предвкушении неприятного и неожиданного. Что подтверждается утром следующего дня, когда на парковке Школы вижу Лёню с огромным букетом кремовых роз, подобных предыдущим.

Под вопросительным взглядом Андрея несколько раз набираю Гришу, получая однообразный ответ. Паника окутывает изнутри, а осознание, что единственный человек, к которому я могу обратиться, два дня игнорирует меня, не удосужившись спросить, в чём проблема, добавляет злости. Всё моё существо противится Леониду, а приторная улыбка, застывшая на губах мужчины, вызывает рвотные позывы, но, собравшись, выхожу из машины, чтобы столкнуться с сыном мэра.

— Таисия, доброе утро, – скачет вокруг меня, размахивая цветами. – Это вам! Этот букет не способен конкурировать с вашей красотой, но, надеюсь, всё же доставит приятные эмоции.

— Спасибо, Леонид, – принимаю букет и натягиваю улыбку. И только идиот не заметит, что искренности в моей реакции ноль.

— Могу я пригласить вас сегодня на ужин? – Дыхание перехватывает, ладони потеют, сжимая сильнее букет и чувствуя сквозь бумагу, как в кожу впиваются острые шипы. – Маргарита Анатольевна заверила меня, что вы не откажете.

Марго… Преждевременная радость, накрывшая меня вчера, уничтожается упоминанием Воропаевой и нашей беседы, после которой она сразу же позвонила Лёнечке, чтобы выслужиться и заверить, что я с лёгкостью пойду на контакт. Отказать сейчас значит лишиться места в качестве тренера, а мне требуется больше времени, чтобы достучаться до Гриши и задержаться в этом городе. Остаётся лишь один вариант: дать согласие, дождаться Ярова и решить, как поступить с Лёней, поэтому, поразмыслив минуту, произношу:

— Да.

— Я заеду за вами в шесть.

Радуется, словно ребёнок, и торопится прочь, чтобы занять водительское кресло в красном спортивном автомобиле, сорвавшись с визгом в сторону выезда. Мои попытки дозвониться Грише не увенчались успехом, поэтому, открыв дверь машины, бросаю букет на заднее сиденье и цежу сквозь зубы: