Книга Принцип неизбежности, страница 119 – Алина Аркади

— Не снесёт. Потому что никогда не узнает. Давай закроем тему.

— Ладно-ладно, – отступает на шаг, – не заводись. В такие моменты ты сразу превращаешься в отца. И взгляд один в один.

Ярый подхватывает чемоданы и обгоняет меня, чему я радуюсь, дав себе обещание больше никогда не обсуждать особенности моего мужа. Папа прощается с каждой из нас, как-то по-особенному обняв меня и задержав в объятиях. Не придаю значения, списав на волнение, что впервые мы улетаем почти всем семейством. Уже двигаясь в зону контроля, замечаю, что папа задержался с Тасей, что-то активно обсуждая. Списав увиденное на момент последних инструкций, двигаюсь за остальными, не забывая посматривать на девчонок, которые шалеют от массы новых впечатлений.

В полёте меня никто не трогает, и я могу позволить себе закрыть глаза, погрузившись в свои мысли. Снова думаю о Льве и призрачной возможности встречи. В такие моменты дочка начинает активничать, словно осознавая, что всё моё существо обращено к её папе. Но что бы ни сказал Гриша, она только моя. Первые месяцы я вообще не принимала тот факт, что беременна, но, ощутив первые робкие шевеления, внутри щёлкнуло яркой вспышкой, окутав тёплым и бесконечно глубоким чувством.

Даже не замечаю, как проваливаюсь в сон, и открываю глаза, когда кто-то настойчиво треплет меня за плечо.

— Аннушка, идём на посадку. – Рядом мама, ласково проводит ладонью по волосам, заставляя прижаться и тихо всхлипнуть. – Приснилось что-то?

— Всё нормально.

Не хочу признаваться, что каждую ночь мне снится исключительно Лев, и те короткие моменты что мне посчастливилось провести рядом с ним. Утром я всегда в паршивом настроении, потому что всё так же одна, без права надеяться на руки любимого мужчины.

Едем к Вике, но я игнорирую зимний пейзаж за окном, кутаясь в шубу и натягивая свитер на живот. Мне не нравится холод, особенно теперь, когда согреваться приходится исключительно воспоминаниями. Права была Тася, когда говорила, что это, скорее всего, всё, что у меня будет, потому что дальнейшая жизнь рядом с Барни будет походить на нечто унылое и пресное. И даже сейчас, оказавшись в городе, где впервые встретила Льва, мне не хочется плутать по улицам и выискивать взглядом родное лицо со шрамом.

И пока все готовятся к церемонии, на которой соберётся около ста гостей, я забиваюсь в отведённую комнату, чтобы справиться с волнением. Странное чувство: вот-вот произойдёт что-то значительное. То, что перевернёт мои мысли, мерно раскачивающиеся по волнам.

На свадьбе я словно чужая: улыбаюсь, общаюсь и даже танцую, выстроив плотную стену, не позволяющую проникнуться радостным для Вики событием. И даже Ромка, с которым мы всегда были близки, не может меня растормошить.

— Сделай хотя бы вид, что радуешься за Вику. – Таська плюхается рядом. Раскрасневшаяся и довольная, она наслаждается их с Гришей вечером, где они могут побыть просто парой, посвятившей себя друг другу. – Она уже спрашивала, что с тобой.

— Нехорошо себя чувствую, – скривившись, поглощаю очередной стакан сока. – Мелкая словно взбесилась: крутится, толкается и создаёт дискомфорт.

— С чего вдруг? Опять думаешь о своём киллере, вызывая недовольство ребёнка?

— Не думаю, – опускаю взгляд, чтобы сестра не убедилась в собственной правоте.