Книга Принцип неизбежности, страница 40 – Алина Аркади

Еду на место встречи с курьером и нашими вещами, проверяю содержимое, наблюдая за озирающимся парнем, не понимающим, по какому принципу выбрано место. Его это волновать не должно, поэтому забираю пакеты и собираюсь отправиться обратно, теперь уже чётко понимая, как проехать к нашему укромному домику. Остановившись, проверяю бардачок, подлокотник и даже шарю ладошкой под сиденьями, чтобы найти хоть какие-нибудь документы, которые прояснят, кто такой Глок. Он знает Гришу, а значит, Ярый может быть в курсе, кому последние три дня я составляю компанию.

— Привет, Гриш.

— Аня, ты куда пропала? Лена не может дозвониться, Тася набирала тебя. Костя на грани, готов подключить людей, чтобы выяснить, куда ты пропала.

— Всё в порядке. Была в месте, где нет связи. У меня вопрос… – тушуюсь, не зная, как спросить. – Ты знаешь человека по прозвищу Глок?

Отчётливо слышу, как Ярый сглатывает, а затем прокашливается.

— Аня, если когда-нибудь он встретится на твоём пути – беги. Не оглядываясь, не глядя и не спрашивая. Просто беги как можно дальше. И сделай всё, чтобы он тебя не нашёл.

По телу прокатываются колючие иголочки, отдаваясь острыми пиками в солнечном сплетении, потому как интонация, с которой Гриша произнёс каждое слово, даёт понимание – он меня не запугивает, а старается оградить от опрометчивых действий.

— Он мне показался вполне дружелюбным…

— Не может быть наёмник дружелюбным. Это маска, обманка, созданная специально для тебя. Ты дышишь, пока нужна ему, но как только твоя роль будет сыграна, уберёт, чтобы замести следы и избавиться от свидетеля.

— Ты знаешь его лично?

— Нет. Лишь слышал. Много всего. Дважды видел и радовался, как ребёнок, что его заказом был не я.

— О папе тоже много чего говорят. И о вас с Тасей, кстати, – вспоминаю слова Глока о событиях пятилетней давности.

— Что конкретно?

— Что дочь Парето завалила какого-то жирного мужика, чтобы спасти тебя.

— Да? – Удивление вперемешку с удовлетворением немного остужает мужа сестры. – Надежды, что этот момент пройдёт незамеченным, не оправдались. Но вернёмся к Глоку – Аня, беги.

— Папа когда-то ему помог. Не знаю, что именно сделал, но Глок благодарен и сейчас.

— Нихера себе! Я не знал, что они знакомы. Даже если убирать он тебя не собирается, это не повод оставаться рядом с наёмником. Как правило, смерть за такими ходит по пятам.

— Сегодня я помогу ему и могу быть свободна. Он обещал.

— Анька… – стонет Гриша, понимая, что не был услышан. – Ну почему женщины в семье Островских не любят хороших и открытых мужчин? Вы просто обожаете вскрывать закрытые миры и перевоспитывать демонов.

— Просто мы находим мужчин, которые ни во что не верят, и показываем, что мы женщины, которые верят в них. Согласись, Тася в тебя верила больше, чем ты сам. – Гриша молчит, вероятно, не смея опровергнуть очевидное. – Маме я позвоню, всё объясню, а ты по-прежнему не в курсе, что происходит. Договорились?

— Лады́.

Набираю маму, успокаивая и рассказывая, что мы с Диной отправились в лес с ночёвкой в большой компании. Прекрасно провели время в кругу сверстников и уже возвращаемся домой. Умалчиваю, что нахожусь далеко от Москвы, не желая огорчать дорого человека.

— Опять заблудилась? – Глок выпускает кольца густого дыма, стоя босиком на пороге и ожидая меня.