Онлайн книга «Принцип неизбежности»
|
— Меня сейчас стошнит. – Представляю выражение лица сестры, для которой мой жених – скучное, безэмоциональное создание с первой минуты знакомства. – Хотя я поняла, в кого он пошёл, когда Алет прислала маме тридцать четыре варианта оформления зала. Тридцать четыре! И это зал! Дотошность, граничащая с маразмом, блин! Кстати, крем для свадебного торта они обсуждают уже пятый день, и, кажется, мама близка к нервному срыву. Так что вряд ли свадьба будет через три недели, потому что даже с основными моментами ещё не определились. – Хихикаю, представляя, как чопорная мама Барнаби всерьёз обсуждает каждый вариант оформления, и выдыхаю, понимая, насколько вовремя уехала. – Смешно ей. А я вернусь послезавтра, и мама перекинет новых тошнотворных родственников на меня. Папа и Гриша будут со стороны наблюдать за моими попытками быть тактичной и сдержанной, а я горстями глотать успокоительное и мысленно желать придушить Алет. Так что, если ты действительно решила связать свою жизнь с Барнаби, советую оторваться на полную катушку, потому как воспоминания, привезённые из России, возможно, окажутся единственными приятными в твоей жизни. — Невесёлую картинку ты обрисовала… — Реалистичную. Ты должна понимать, на что подписываешься. — Но папа… — Аннушка, папа желает тебе самого лучшего, но только ты сама знаешь, что в действительности тебе нужно. И если душа требует не очень хорошего мальчика, возможно, так тому и быть. — Тась, он киллер. – Уверена, Гриша рассказал сестре о Глоке, но я спешу напомнить. – Это хуже, чем Ярый и папа вместе взятые. — Знаешь, я давно заметила, что жизнь функционирует по принципу «зато». Некрасивый, зато умный. Красивый и умный, зато личная жизнь не складывается. Красивый, умный, счастливый, зато бедный. И каждая судьба, словно медаль – имеет две стороны. В нашей семье хороший муж, зато паршивый зять с точки зрения папы. Первое очень важно, а со вторым ты справишься. Хуже, если будет наоборот. — Ты так говоришь, словно прожила полжизни и сотню паршивых моментов. — Я так говорю, потому что своё счастье выгрызла и продолжаю это делать, доказывая папе, что не ошиблась с выбором. И ты сможешь. — Я подумаю… – съезжаю с темы, пока не определившись, готова ли пойти на отчаянные меры. – Хотя думать бессмысленно. Лев за мной не придёт. — Его зовут Лев? — Да. Игнатов Лев Павлович. Я сейчас в гостях у его отца. Долгая история… – предугадывая вопросы сестры, отвечаю сразу. – У них сложные отношения. Но хозяин дома знает папу и, как мне показалось, говорит о нём с теплотой. — Надо спросить… — Не надо, Тася! Как только ты спросишь о человеке из его прошлого, он поймёт, что я вляпалась. — Согласна. – Сестра замолкает, видимо, обдумывая, как вывести отца на разговор об Игнатове и при этом не выдать меня. – Мне пора. Сегодня последний день соревнований. Здесь уже девять утра, а ты попробуй поспать. Люблю. — Люблю… Отключаюсь, ползу к кровати и, накрывшись тонким пледом, закрываю глаза. В бесконечном потоке мыслей всё моё существо сосредоточено на Льве. Где он сейчас? Куда направляется и с кем? Как бы я ни убеждала себя и Тасю, что Глок мне не подходит, чёртова память воспроизводит его образ, подкидывая картинки наглой ухмылки, сильного тела и опасности, которая, по-видимому, питает нас обоих. Может, Тася права и женщины нашей семьи способны проникнуться только плохими мальчиками, которые идеально вписываются в нашу неидеальную семью? Он однозначно меня притягивает хамоватыми повадками и наглым поведением, но притягиваю ли я его? |