Книга Принцип неизбежности, страница 97 – Алина Аркади

— Выходи. – Выдав одно слово, отползает, освобождая проём.

Только сейчас понимаю, что я всё в той же тряпке, едва напоминающей платье. Не отводя взгляд, выхожу из машины, получая свободу, но тут же сглатываю, увидев горящий внедорожник и несколько трупов. Мы на площадке перед заброшенным магазином. Окна здания небрежно заколочены, а вокруг лесистая местность и ни одного строения на расстоянии взгляда. Свежий воздух, пропахший дождём, призывает сделать глубокий вдох, после которого, кажется, даже мысли проясняются, и я начинаю трезво оценивать обстановку. Блондин не приближается, оставаясь на месте, а я медленно отступаю, пока не понимая, что делать дальше. Главное, не провоцировать мужчину и попытаться сохранить жизнь. Шаг, ещё два, и спиной утыкаюсь в преграду, по ощущениям горячую и дышащую.

Капкан захлопнулся, а значит, блондин не единственный, кто сегодня посягнёт на моё тело. Бросает в жар, сердце резко подскакивает к горлу, а затем срывается вниз. Напряжение на грани катастрофы.

— Куда собралась, Дефектная?

Родные руки оплетают, словно канаты, а знакомый аромат щекочет ноздри. От схлынувшего напряжения и понимания, что я вновь оказалась в лапах моего киллера, хочется разрыдаться, уткнувшись в плечо и скрывшись от этого чёртова мира. Закрываю глаза, откинувшись затылком и ощутив вздымающуюся грудь. Начинаю медленно стекать по его телу, когда крепкие руки подхватывают и несут куда-то. Лев усаживает меня на капот машины, накинув на плечи плед и завернув моё полуголое тело. Сжигаемая потребностью влепить затрещину, высказав недовольство облизываниями с Пахомовой, застываю на полуслове, потому что звук, доносящийся из багажника машины блондина вполне реален. Лев, проследив мой взгляд, утыкается в источник шума.

Блондин неспешно идёт к машине, щёлкает замком, а в следующую секунду на него выпрыгивает нечто и несётся по обочине. Девушка с ярко-рыжей кудрявой копной спешит прочь от автомобиля. На ней топ, короткие шорты и белоснежные носки, которые мгновенно окрашиваются в цвет грязи, размякшей после дождя. Я настолько обескуражена представлением, что не дышу, застыв в объятиях Льва.

И пока мы сосредоточены на отдаляющемся теле, блондин прицеливается и дважды стреляет. Пули цепляют мелкий гравий у ног девчонки, заставляя её остановиться и застыть спиной к нам.

— Сюда иди, – озвучивает приказ блондин, и пленница плетётся обратно, опустив голову. Подходит, усаживается в багажник, собираясь закинуть ноги, когда звучит резкое: – Носки в грязи. Сегодня машину вычистил.

А затем происходит нечто странное. Он осторожно снимает носочки и, вытащив влажную салфетку, обтирает её ступни: порхает по каждому пальчику, не пропуская ни сантиметра белой кожи. Откидывает грязную салфетку, вытаскивает новую и повторяет действие. И это настолько проникновенно, что я едва дышу и краснею, потому что кажется, будто я ворвалась в чью-то спальню, застав двоих за самым интимным занятием. Каждое его движение сексуальнее, чем все обнажённые тела вместе взятые, а каждый её вздох на грани оргазма. Вжимаюсь во Льва, пряча лицо на его груди, но исподтишка посматриваю на парочку. Блондин, закончив с очищающей процедурой, достаёт новые белые носочки и натягивает на девушку, после чего она исчезает в багажнике, а крышка медленно опускается.