Книга Принцип неизбежности, страница 98 – Алина Аркади

Всё ещё не в силах выдавить хоть слово, плохо соображаю, что предстало перед нами. Но Лев, вероятно, встревать не планирует.

— Ты вовремя подоспел. – Блондин обращается к Глоку, одновременно осматривая побоище на площадке. – В их планы не входил мой отъезд. Номер был напичкан камерами. Ждали представления, но опрометчиво обкололи её каким-то дерьмом.

— У продавца были иные планы, – отзывается мой киллер. – Поэтому организовали преследование.

— Дальше наши пути расходятся. Жду твоей благодарности, – протягивает Льву плотный чёрный конверт. – Срок два дня.

Кивок, означающий, что условия приняты, а затем блондин спешит к машине, срывается с места и растворяется в зигзаге дорожного полотна. Интересно, кто эта девушка и что с ней будет дальше? И пока прикидываю варианты, Лев несёт меня в машину и заботливо усаживает на переднее сиденье.

Радует, что не в багажник. Клаустрофобией не страдаю, но счастье быть запертой несколько часов в тесном пространстве испытать не желаю. Трогаемся, а я провожаю взглядом догорающую машину и несколько тел, оставленных на асфальте.

— Кто он?

— Его называют Овод. Настоящего имени не знаю.

— Тоже наёмник?

— Можно и так сказать. Сфера деятельности у нас одна, специфика разная.

— Это как? – Удобно устроившись на сиденье, разворачиваюсь ко Льву. Большая тёплая ладонь тут же оказывается на моём бедре, слегка сжимая, а затем поглаживая.

— Он перевозчик. Доставка из пункта А в пункт Б по заказу. Сопутствующие риски берёт на себя, главное – объект должен оказаться в указанном месте.

— А она тоже объект?

— Не знаю. – Лев пожимает плечами, и кажется, что ему плевать на рыжую девушку, которая в данный момент находится в багажнике. – Не моё дело.

— Он пришёл на аукцион по твоей просьбе?

— Да. Мою рожу срисовали бы в момент, а Овод им не знаком. Особенный лот, то есть тебя, за два дня разрекламировали по полной, поэтому ценник оказался запредельным.

— Меня купили за два миллиона. Долларов?

— Евро, Дефектная. – Ошарашенно выдыхаю. – Пришлось запустить лапу в папашин счёт. – Глок издаёт недовольный рык, свидетельствующий о том, что мера вынужденная. – Я бы не успел за два дня столько собрать.

— То есть ты украл деньги у Павла Валерьяновича?

— Это мой счёт. Отец открыл его давно, код доступа у меня имелся. За все эти годы ни разу не воспользовался. Не хотел быть ему обязанным…

— Но ради меня пришлось?

— Вариантов не было.

— Овод пришёл на аукцион, расплатился твоими деньгами и привёз меня в указанное место. А что взамен? – намекаю на благодарность, которая, на мой взгляд, не ограничится простым «спасибо».

— Услуга. – Лев машет конвертом перед моим носом. – По моему профилю.

— И кого ты должен убрать?

— Ещё не знаю. Конверт не вскрывал, насколько ты заметила.

— А если там женщина?

— Точно нет. Он о моих правилах знает, потому как у самого список ограничений имеется. В этом плане Овод дотошный и исполнительный. Хотя сейчас я о своей принципиальности сожалею. Убери я Пахомову, избавил бы себя от множества проблем.

— Но тогда мы бы не встретились… – подытоживаю с сожалением, понимая, что именно неудачный заказ свёл меня со Львом на той стройке.

— И твоя жизнь была бы намного проще. Приятно провела бы время с подругой и улетела под папино крылышко, чтобы выйти замуж за Корнишона. Спокойно и без эмоциональных качелей.