Книга Хирург для дьявола, страница 10 – Кэти Андрес

Я на секунду оторвала взгляд от раны и кивнула в сторону распростертого на полу тела.

— А если нет, можно мне как ему?

Густые черные брови мужчины сошлись на переносице. Шрам на его лице исказился еще сильнее, придавая ему поистине демонический вид.

— Пулю в лоб, — деловито пояснила я, накладывая очередной зажим. — Не люблю боль, уж лучше быстро. И давайте без предварительного физического насилия, пожалуйста. Я девушка хрупкая, синяки мне не идут.

— Ты нервничаешь? Поэтому так много болтаешь, докторесса?

Я тихо рассмеялась.

— О, мистер Никто, вы меня просто плохо знаете. Я всегда болтаю. Мне так легче работать, тишина давит на мозги. Может, поэтому меня и выперли из нормальной операционной. Коллег бесил мой треп.

— Тебя выгнали из-за эссенциального тремора, — холодно припечатал мужчина.

Моя рука с иглодержателем замерла ровно на долю секунды, прежде чем продолжить шить.

— А-а-а… Я смотрю, вы весьма хорошо обо мне осведомлены. Медицинскую карту мою взломали или главврача в подворотне прижали? И что, не боитесь подпускать такую бракованную, как я, к родному брату? А вдруг рука дрогнет в самый неподходящий момент? Скальпель соскользнет — и привет, патологоанатом.

Мужчина даже не моргнул.

— Демид за тебя поручился. Сказал, что лучше тебя никого нет.

Я открыла рот, чтобы выдать очередную колкость про то, что Демон тот еще льстец…

Оглушительный, резкий звук выстрела разорвал ночную тишину за стенами деревянного дома.

Я замерла. На этот раз по-настоящему. Игла застыла в миллиметре от плоти мальчишки.

Одно дело — видеть последствия огнестрела на операционном столе, ковыряться в крови, доставать сплющенный свинец. Это работа. Это привычно. И совсем другое — слышать совсем рядом, буквально за стеной, как обрывается чья-то жизнь. Этот сухой щелчок ударил по нервам сильнее, чем вид мертвого доктора на полу. Холодный пот мгновенно проступил между лопаток.

В комнате повисла звенящая, мертвая тишина. Амбалы по углам даже не шелохнулись, словно ничего не произошло. Мой жуткий донор тоже остался абсолютно невозмутим.

Я медленно сглотнула пересохшим горлом и посмотрела в черные провалы его глаз.

— Это был Демид?

Мужчина со шрамом медленно, равнодушно пожал одним плечом.

Я опустила глаза на свои руки в окровавленных перчатках. В груди что-то неприятно кольнуло, стянувшись тугим узлом.

Демон, конечно, был преступником. Бандитом, автоугонщиком и бог знает кем еще. Но он былмоимпациентом. Он привозил мне лучший в мире кофе, искренне переживал за мои нервы и всегда говорил «спасибо».

— Жаль. Я к нему привыкла.

***

Три часа. Или четыре? А может, все пять. В таких условиях время превращается в вязкую, липкую субстанцию, пахнущую железом и потом.

Моя спина затекла настолько, что позвоночник грозился осыпаться в трусы при любом неосторожном движении. Ноги в ботинках гудели. Но мои пальцы сделали последний, идеальный стежок.

Клацнули ножницы, отсекая хирургическую нить.

Я шумно, с присвистом выдохнула воздух сквозь медицинскую маску и отступила от стола. Аккуратно пережала и отсоединила трубку капельницы от мощной руки моего жуткого донора. Мальчишка на столе был бледен, как полотно, но его грудная клетка вздымалась ровно. Кровотечение остановлено, органы заштопаны. Дальше — дело за его молодым организмом.