Книга Она - моё табу, страница 56 – Настя Мирная

Принуждённо расслабляю мышцы и улыбаюсь ей:

— Я никому не скажу. — подмигиваю, задевая пальцами её руку, типа случайно. Тёмные глаза шатенки вспыхивают. — А если будет очень страшно, готов подставить плечо.

Пухлые губы девушки растягиваются шире. Я же с трудом заставляю себя держать лыбу.

— Таня. — тянет тонкие пальцы с длинными наращенными ногтями.

— Андрей. — на секунду сжимаю кисть.

— Не думала, Андрей, что остались в наше время рыцари. — нараспев тянет она, прижимаясь голым плечом к моему.

Свет гаснет. На белое полотно выводят рекламу и анонсы новинок. Кладу руку на подлокотник, а Таня сверху опускает свою. Семи пядей во лбу не надо, чтобы понять намёк. Вот только следом прилетает ещё один. Ещё одна девушка пробирается сквозь забитые ряды и занимает место рядом с шатенкой.

— Sorry, Киреева. Такое чувство, что всем придавило. В туалет не пробьёшься.

От звука этого голоса меня переклинивает. Резко дёргаюсь вперёд, поворачиваясь в сторону девчонок. Забыв о шатенке, впериваю остекленевший взгляд в янтарные глаза Фурии.

— Какого?.. — хриплю прихуевши.

— И ты здесь, Андрюша? С моей подругой Таней уже познакомился?

— Дикий, ты чё взбесился?

— Сядь!

— Царёва. — выдыхаю отупело. — Ты здесь откуда?

— Пришла кино посмотреть. — холодно отбивает стерва, закидывая в рот поп корн. — Расслабься, Андрюша, и присядь. Фильм начинается, а ты людям мешаешь.

Кроша зубы, паркуюсь обратно. На мобилу прилетает сообщение.

Макей: Соррян, предупредить не успел. Надеюсь, не будет никаких проблем, если Крис подтянется?

— Никаких проблем? Я тебя, суку, убью. — шиплю беззвучно. — Я тебя, блядь, убью.

Это нельзя остановить

Виснущая на Диком Киреева.

Это всё, что я улавливаю в процессе киносеанса. В моменты самой трешовой жути, происходящей на экране, крашеная сука, типа подруга, льнёт к нему. Едва ли не верхом забирается, пряча размалёванный face на мощной груди. Так и психопат не лучше. Обнимает. Что-то говорит ей со снисходительной улыбкой, говорящей: успокойся, дурочка, тут нечего бояться.

Мне тоже хочется вопить, как та самая фурия, но только от сжигающей ревности. Ничего не могу с собой поделать. Держала дистанцию из последних сил, пусть и тянуло каждую ночь написать Андрюше. Но увидела, что он меня заблочил, и поняла, что он, как и я, старается избегать любого, даже самого невинного контакта.

"Знаешь, Кристина, я тебя ненавижу."

Эти слова до сих пор преследуют меня во снах и наяву. Иногда мне снится, что буквы с телефона оживают, выбираются с экрана, растут, преобразуются и превращаются в клоны Дикого. Они окружают меня и повторяют: я тебя ненавижу. И куда я не бегу, где не прячусь, ледяной, промораживающий до костей, густой голос мужчины преследует меня.

Сейчас я тоже ненавижу! Ненавижу его! Ненавижу шлюху-Таньку! Ненавижу предателя-Пашку!

Если бы он хоть словом обмолвился, что другом, с которым он собирался в кино, будет Андрей, то я бы в жизни не пришла! Даже сам предложил подругу с собой взять, чтобы "товарищ не скучал". Промокашка, блин, не друг, а bitch. И свалил под шум волны, пока мы не столкнулись с психом. Знал же, скотина, что я его в фундамент закопаю за такие выкрутасы. Он же в курсе, что я влюблена в Андрея. Зачем тогда так поступил?

Очередной визг Киреевой привлекает моё внимание. Она вжимается лицом в шею парня, цепляясь пальцами в плечи. Я скалю зубы, сцарапывая ногтями подлокотники. Его крупная ладонь медленно скатывается с лопаток на поясницу и… ниже. Прокусываю губу. Ротовую полость заливает кровь. Забив на физическую боль, добиваю себя сердечной. Смотрю на то, как Дикий обнимает Таньку. Гладит спину. В яркой вспышке прожектора мне даже видится, что он целует её в лоб.