Книга Дикарка для Хулигана, страница 178 – Настя Мирная

— Что ты мне объяснишь?! Как охеренно было засовывать ей в глотку язык?! Здесь нечего объяснять! Ты поцеловал её! Ты!.. Ты!..

Срывая голосовые связки, разворачиваюсь и перехожу на бег. Егор ловит меня всего через пару метров. Толкает спиной на стену, прижимая каменным телом. С размаху залепляю ему пощёчину, оставляя на щеке красный отпечаток. Он хватает меня за запястья и сдерживает одной рукой над головой. Скрежещет челюстями.

А я умираю. Жизнь утекает вместе с водопадом слёз и жалкими скулящими всхлипами. Лёгкие сворачиваются в ужасающее месиво, не принимая воздух. Я начинаю задыхаться.

— Я не целовал её, Диана. — выбивает вполголоса.

— Я видела! — кричу хрипом, растеряв все силы. — Я видела, как ты обнял её и!..

— И нихуя, Ди! Ты нихуя не видела! Блядь, Диана, — добавляет уже ровнее, — я только наклонился к ней, чтобы создать видимость поцелуя.

— И ты хочешь, чтобы я в это поверила?! Отпусти меня! — делаю попытку оттолкнуть его, потому что понимаю, что хочу ему поверить. — Как ты мог, Егор? Как ты мог так с нами?! Со мной?

Парень до боли сдавливает мои руки, но я почти не ощущаю этого. Только сердце извивается в агонии. Он опускает голову и дышит через рот прямо мне в губы.

— Отвали! Исчезни! Не трогай меня! Пусти!

Дёргаюсь всем телом, но ни давление, ни мёртвая хватка не позволяет мне выиграть это сражение.

— Алкоголь чувствуешь? — теряясь на секунду, прекращаю сопротивление и зачем-то принюхиваюсь. — Лика пила. Если бы я целовался с ней, то ты почувствовала запах и… вкус.

На этом слове толкается языком мне в рот. И пусть градусов я не ощущаю, легче не становится. Мне адски больно.

Кусаю Егора до крови. Он отлетает на пару шагов, утирая её. Я зло сплёвываю красную слюну себе под ноги и тыльной стороной ладони стираю с губ.

Один взгляд на него, и я понимаю, что Северов в бешенстве. Сжимая кулаки, опять шагает ко мне. Делаю рывок в сторону, но он перехватывает и швыряет меня в стену, сдавливая пальцы на горле.

Даже не замечаю ушибов и синяков, которые медленно проявляются на спине от удара.

— Перестань истерить и слушай. — рубит тихим приказом, усиливая давление пальцев. — Ты видела только мою спину. Так же, как и трое твоих братьев. — шипит, не разжимая зубов.

— Я не верю тебе! Не верю! — ору прямо ему в лицо, делая новые попытки освободиться.

Его пальцы перекрывают доступ к кислороду. В бессильных попытках вдохнуть открываю и закрываю рот.

Он убито выдыхает и отпускает шею. Перехватывает за запястье. Отвернувшись, тащит меня за собой ко входу в клуб. Несмотря на то, что всего секунду назад я задыхалась, сейчас упираюсь пятками в асфальт.

— Как же я затрахался играть в эти игры. Сейчас ты сама расскажешь им всё. — рычит со скрытой яростью.

Вырывая руку, пячусь назад.

— Я никуда с тобой не пойду! Я тебя ненавижу, Егор! Ненавижу!

Он замирает на месте, устало опустив вниз голову и закрыв глаза.

— Ненавидишь, Ди? — кусаю губы, но молчу. — Не веришь? Да, Диана? — вскидывает на меня ледяной взгляд бирюзовых глаз. Сворачиваю пальцы в кулаки, ничего не отвечая. — Отлично. Я заебался тянуть за двоих. Твои беспричинные истерики и необоснованную ревность. Твои пустые слова о доверии. Всё кончено, Диана. Я больше так не могу. — выталкивает тяжёлые слова, разорванные глухими выдохами и натужными вдохами. — Мы расстаёмся.