Книга Дикарка для Хулигана, страница 294 – Настя Мирная

Затыкаюсь, потому что нихера больше выдавить не удаётся. Глотку стягивает удушающим спазмом. Меня так трусит, что, сука, зубы стучат. И не только меня. Настя физически дрожит, но при этом подскакивает с койки и пролетает мимо меня с видом взбесившейся фурии.

Теперь ясно, почему меня просили остаться. Ещё одна Дикарка, которую ничерта не тормозит. Судя по её виду, она способна голыми руками разорвать нашего папашу.

Делаю попытки её тормознуть, но безрезультатно. Она беспощадным торнадо мчит напролом. Цепляю её руку, но не сильно, помня о синяках и порезах

— Где они? — рычит деваха, наконец тормозя.

— Ты что, блядь, делать собралась? — рявкаю на неё.

Как то не горю желанием, чтобы брат мне шею за неё свернул. Не уверен, что она не набросится на нашего отца с кулаками.

— Рядом быть! Куда идти, Егор? — выталкивает растерянно, но с такой надеждой, что я сдаюсь.

И опять причиной тому Диана. Мне достаточно представить на месте Насти свою Аномальную и я будто чувствую то же самое, что и она.

Подцепляю девушку под локоть и указываю вправо. Она опять срывается на бег.

Интересно, она вообще в курсе, что у неё штопанная артерия и ей должно быть пиздос как больно?

Видимо нет.

Когда хватается за ручку, из кабинета доносятся крики и шум драки.

Блядь, я надеялся, что до этого не дойдёт. Не стоит ей не только вмешиваться, но и видеть то, что там происходит.

— Стой, твою мать! Настя, блядь, остановись! — гаркаю, но уже поздно.

Встречаемся глазами, а потом слышим грохот. Больше нет времени на препирательства. Влетаем одновременно.

Всё, что происходит дальше, бежит на ускоренной перемотке.

Она бросается к окровавленному Артёму, а я кидаюсь на отца.

Хватит уже это терпеть. Как он, сука, посмел это сделать? После шести лет неизвестности. Ебаная мразота. Я убью его. Я сам его убью!

Перехватывает меня Тоха.

— Какого хуя?! — бросаю криком, вырываясь из его хватки.

— Дай ему самому разобраться, Егор. Артём и мне как брат, но не вмешивайся сейчас. Он должен это сделать.

И сам знаю, но, блядь, не могу на это смотреть. Перед глазами мелькают флешбеки той проклятой ночи. Пульс до боли долбит в ушах. Кровь с рёвом мчит по венам.

Когда смотрю на Настю, понимаю, что у неё начинается паника. С Дианкиными атаками сложно не распознать этого сразу. Ухватываюсь за возможность перевести дыхание и успокоить шквал эмоций.

— Выйди, Настя. — высекаю ровно, когда понимаю, что ещё немного и её понесёт. Слушать меня она явно не собирается, поэтому подцепляю за локоть и подталкиваю к выходу. — Ты бледная, как смерть. Не стоит тебе смотреть на это. — давлю единственным аргументом, который сейчас способен сгенерировать мой мозг.

— Почему ты не вмешиваешься? — шуршит бескровными губами.

Я хочу вмешаться. Я хочу хоть раз в жизни занять правильную сторону. Защитить брата, как он защищал меня многие годы, но понимаю, что Тоха прав.

— Потому что это — право Артёма. Отец это заслужил. Я вмешаюсь, только если брат попытается его убить.

Так и стоим, замерев у стены. Я, Тоха и Настя. Все трое готовы ворваться в любой момент, но нам не приходится этого делать.

Ловлю чёрный кайф, пока старший брат раз за разом опускает кулаки на лицо отца. На какое-то мгновение мечтаю оказаться на его месте, но если без пиздежа, то я рад, что всё происходит именно так. Пусть и не имею ни малейшего понятия, как он жил и что чувствовал все эти годы, но уверен — этот гельштат он должен был закрыть сам.