Книга Не твоя игрушка, страница 10 – Лера Титова

Он написал мне в воскресенье вечером.

Я сидела в своей квартире на Чистых прудах — маленькой, но уютной, с видом на парк, — и перебирала вещи после выходных. Телефон завибрировал. Я глянула на экран. Артур. Сердце пропустило удар. Я не открывала сообщение минуту. Две. Три. Просто смотрела на его имя.

Потом открыла.

Артур:Я не отступлю. Ты можешь быть с ним, можешь делать вид, что я тебе безразличен. Но я знаю правду. Ты всё ещё моя. И я докажу это.

Я прочитала. Потом ещё раз. И ещё. Внутри всё перевернулось. Он не отступил. Он боролся. Он хотел меня. Даже после всего. Даже после того, как я ушла. Даже после Макса.

Я хотела ответить. Набрала: «Ты опоздал». Стёрла. «Я не твоя». Стёрла. «Докажи». Стёрла. Я не знала, что написать. Потому что любое слово было бы ложью.

Он был прав. Я всё ещё была его. Где-то глубоко. Под корсетами, под косухой, под алой помадой. Я всё ещё принадлежала ему. И ненавидела себя за это.

Я отложила телефон. Не ответила. Пусть думает. Пусть ждёт. Пусть мучается. Как я мучилась все эти полгода.

Утро понедельника встретило меня серым небом и моросящим дождём.

Я стояла перед зеркалом и разглядывала свой арсенал. Чёрные узкие джинсы — облегающие, подчёркивающие каждый изгиб. Чёрная облегающая майка — тонкая, с глубоким вырезом, открывающая ключицы и намёк на грудь. Сверху — косуха, небрежно наброшенная на плечи. Волосы распустила — длинные, тёмные, волнами ниже лопаток. Губы накрасила вишнёвым — цвет, который кричал: «Я опасна». В уши вдела крупные серебряные кольца. На запястье — тонкий браслет, подарок Макса. Красивый. Дорогой. Я носила его не из чувств, а как напоминание: я больше не та Ася. Я — Чёртовка. И я играю по своим правилам.

Колледж встретил меня суетой и гулом голосов. Я вошла в главный корпус и сразу почувствовала взгляды. Они были повсюду — парни провожали меня глазами, девушки перешёптывались. Полгода назад я была невидимкой. Серой мышью, которую никто не замечал, которую толкали в коридорах и не извинялись. Теперь всё иначе. Теперь я шла, и толпа расступалась. Не из страха — из любопытства. Из восхищения. Из зависти.

Я поймала своё отражение в стеклянной двери. И улыбнулась. Да. Это была я. Новая Ася. Или старая Чёртовка. Или и то, и другое.

Маринка ждала меня у доски с расписанием. Она стояла, скрестив руки, и выглядела так, будто готова была драться с каждым, кто посмеет на меня косо посмотреть. Увидела меня — и присвистнула.

— Ну ни хрена себе. Ты каждый день выглядишь как на обложку. Не устала?

— Нет. Это моя броня.

— Броня? Скорее оружие массового поражения. Ты видела, как на тебя пялятся?

— Видела.

— А Воронова ещё нет. Но его тачка на парковке. Так что жди.

Я сделала глубокий вдох.

— Я готова.

— Уверена?

— Уверена.

Я отошла к расписанию, сделала вид, что изучаю изменения в парах. На философию поставили нового препода, литературу перенесли на четверг. Я скользила глазами по строчкам, но не видела ни слова. Все мысли были о нём. Об Артуре.

Он вошёл в корпус через пять минут. Я не видела его — стояла спиной. Но почувствовала. Воздух вокруг сгустился, стал плотным, наэлектризованным. Сердце забилось быстрее. Ладони вспотели. Чёрт. Я всё ещё реагировала на него как девчонка. Как та серая мышь, которая краснела от одного его взгляда.