Книга Влюблен (не) по собственному желанию, страница 92 – Татьяна Любимая

— Илюша, — хнычет его теперь уже бывшая невеста, мелко перебирая каблуками. — Я ничего не сделала…

Теряю к ним интерес.

— Поедем домой, спасительница моя, — целую любимую в нос, — отмывать тебя буду. А что это за запах? — обнюхиваю ее.

— Отворотное средство, — хихикает. — Для Кошкиной.

Наши девчонки колдуют на дедовой кухне, выпроводив его поваров в отгул. Маман моя помогает. Батя на подхвате.

Сегодня особенный день — смотрины. Илья привез Галину знакомиться с дедом. Мы с Настей — группа поддержки.

Девочка моя поглядывает на меня как — то странно. Будто хочет что — то сказать и не решается. И поговорить наедине никак не удается — все время кто — то мешает.

В конце концов внаглую утаскиваю ее в гостевую комнату.

— Ничего не хочешь мне сказать? — зажимаю любимую у стены, едва захлопываю за нами дверь.

— Н — нет…

А глазищи зеленые так и сверкают! Полные губы приоткрыты. Грудь ходуном ходит.

— А по — моему, кто — то что — то от меня скрывает! — не сомневаюсь я. Поджимает губешки. — Я — ясно… По — хорошему говорить не хочешь…

Пускаю в ход тяжелую артиллерию — руки, рот и язык. Не устоит моя Настенька под пытками.

Вспыхивает как спичка. Извивается, стонет, хнычет. Просит уже разрядки!

И когда она почти доходит до пика, я резко все прекращаю и даже отстраняюсь.

— Костя! — возмущается распаленная ведьмочка.

— Скажешь, продолжу, — сам поражаюсь своему хладнокровию.

— Я… я хотела тебе сказать…

С силой закусывает губу.

Я жду.

Она вдруг хихикает.

— Что тебя так насмешило, дорогая? — щурюсь.

— Ко мне сегодня подходил Матвеев…

— Что нужно от тебя этому проходимцу? — непроизвольно сжимаю кулаки. Кто бы знал, что я такой ревнивец и собственник. — Он до их пор не в курсе, что ты моя невеста?

— В курсе. Просто он узнал, что я буду проходить стажировку в вашей компании и просил устроить его туда тоже.

— Каков наглец! И что ты ему ответила?

— Чтобы шел мимо.

— Правильно. Это все, что ты от меня скрывала?

— Да!

Что — то мне подсказывает, что нет. Наверное, слишком поспешное «да». Но Настя уже сама набросилась на меня.

Кто я такой, чтобы отказывать любимой? Тем более такой темпераментной.

— Люблю тебя, зеленоглазка моя, — зацеловываю счастливое личико своей девочки.

— Люблю тебя, тигрище мой.

— Р — р–р!

Пряча смущенные взгляды от родственников, спускаемся вниз. Кажется, Илья хочет последовать моему примеру. Поглядывает на Галину. Жрет ее глазами.

Но дед зовет нас двоих в свой кабинет.

— Ознакомьтесь, внуки, с волей моей. Окончательной.

Дед кладет передо мной документы. И такую же пачку — перед Ильей.

Сев в свое королевское кресло, с прищуром поглядывает то на меня, то на брата.

У меня волнения нет — я волю деда уже слышал, понял, принял. Для себя все решил и активно дорабатываю свои проекты, чтобы начать их реализацию.

Это вон пусть Илька волнуется. Как главный в компании.

Но чисто из уважения к старику документы беру в руки, пробегаюсь глазами.

Стоп.

Это что еще такое?

Цепляюсь за один абзац, другой, цифры. Перечитываю.

— Дед? — одновременно с Ильей отрываем глаза от текста. — Это что такое?

— Что вас смущает? — как ни в чем не бывало тот слегка поднимает брови.

— Мне 60 процентов, Илье 40? Ты же вот совсем недавно решил все в пользу Ильи? Почему сейчас все переиграл?