Книга Развод. Я (не) буду твоей, страница 6 – Наталья Ван

— Давай я, — его голос совсем рядом.

— Не трогай меня! — взвываю я, отскакивая. — После того, как ты касался её!

— Карина! — в его голосе слышится боль, и она бьёт прямо в сердце, обезаруживает.

Слышу, как он делает шаг, и через секунду раздается резкий звук расстегивающейся молнии. Я думала, что он снимет с меня платье в другой ситуации. Смех, поцелуи, нетерпение. А не это. Мертвая тишина и его предательские пальцы на моей спине.

Я быстро стаскиваю платье, с облегчением чувствуя, как тяжелый атлас соскальзывает на пол, и натягиваю свою старую, растянутую футболку оверсайз. Праздник окончен. Всё кончено. Пора вернуться в реальность.

Женя развязывает галстук, срывает его с себя и бросает на стул. Он поворачивается ко мне, его лицо напряженное, бледное.

— Карина, — говорит он тихо, но в его голосе сталь. — Давай поговорим. Мы не можем молчать в такой ситуации. И дело не в том, что я хочу, как-то себя оправдать. Дело в том, что твоя сестра сделала это с каким-то умыслом. И я больше, чем уверен, что она готовилась к этому заранее.

Карина

Я смотрю на него. На своего мужа. На то, как он с силой сжимает кулаки, находясь в такой же безысходности, как и я.

— Говори, — срывается с моих губ. Я скрещиваю руки на груди, стараясь выглядеть твёрдой, но внутри сплошная дрожь. Я боюсь услышать правду. — Объясни, как так вышло, что София беременна от тебя. Ты проникся к ней жалостью, что у нее ничего не выходит? Решил проявить сострадание и подарить ей ребенка?

Женя проводит рукой по лицу. Он выглядит измотанным, будто только что пробежал марафон.

— Карина, я клянусь тебе, — его голос хриплый, надтреснутый. — Между нами с ней ничего не было. Никогда. Я даже представить не могу, как она это выдумала. Это бред!

— Бред? — я фыркаю, и звук получается злым, горьким. — А тест на беременность, который она подарила мне на свадьбу, это тоже бред? Жень, может, ты просто напился где-то? На мальчишнике или корпоративе? Забыл всё. Такое бывает, знаешь ли. Я слышала немало таких историй. Все, как один, кричат, что ничего не было, а потом вспоминают.

Я вижу, как он сжимает кулаки от бессилия.

— Я бы не забыл такое! Я не прикасался к ней! Ты действительно думаешь, что я способен на такое? Чтобы взять и вот так переспать с твоей сестрой? С твоей сестрой, Карин!

— А почему нет? Знаешь, самый больной удар наносят всегда самые близкие.

— Карина, я тебе еще раз говорю, что я бы никогда не прикоснулся к ней.

— Хочешь сказать, что это она набросилась на тебя? — тело бьет мелкая дрожь. Мне даже страшно представить их вместе. Как его руки ласкали ее тело. Как они целовались. — Она бы так не поступила! — выкрикиваю я, защищая единственное, что мне осталось — веру в сестру. — Она бы собственной волей не полезла к тебе! Я её знаю с рождения! Я всё о ней знаю! Она не такая!

— А я такой? — его вопрос повисает в воздухе, тяжелый и болезненный. Он не такой. По-крайней мере, я считала, что он не такой. — Ты действительно думаешь, что я, твой муж, способен на такое подлое, грязное предательство? В день нашей свадьбы?

От его слов мне становится не по себе, но я гоню эту слабость прочь. Нет. Я не могу ошибаться. Не могу.

— Я не знаю, кто ты, — шепчу я. — Как оказалось, я вообще тебя не знаю.