Книга Развод. Ты сделал свой выбор, страница 17 – Наталья Ван

— Уже нет. У тебя что-то болит?

— Нет. Просто мне снился папа, — ее голосок такой маленький, такой потерянный. — Он сказал, что больше не любит меня и Сашу.

Я прижимаю ее к себе, вдыхая запах детского шампуня.

— Это просто сон, рыбка.

— А он вернется?

Молчу. Не могу ей врать. Кира обнимает меня крепче.

— Не знаю, но у нас есть Саша. Он любит нас.

И в этот момент я разрываюсь на части.

Потому что… у нас есть Саша. Но он все еще ребенок. И ему не нужно было так рано становиться тем, кто защищает свою семью.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Глава 13

Кристина

Я просыпаюсь не от солнечного света, который обычно ослепляет, пробираясь сквозь тонкие шторы, а от того, что телефон настойчиво вибрирует прямо у меня под подушкой.

Первая мысль: “Кто вообще звонит в такую рань?” На часах пять часов семнадцать минут, за окном только светлеет. Кира начинает ворочаться рядом со мной, но не просыпается. Хмурит бровки и зарывается глубже в подушку.

Экран светится в темноте спальни.

“Любимый”.

Горькая усмешка сама собой появляется на моих губах. Надо бы поменять это имя в контактах. “Предатель” подойдет идеально. Или “Лжец”. А может просто “Чужой”? И это самые ласковые слова, которые всплывают в моем сознании в столь ранний час.

Телефон не унимается. Вибрация разносится по всей кровати. Я осторожно выскальзываю из-под одеяла, стараясь не разбудить Киру. Прохладный паркет холодит босые ноги, когда я пробираюсь к двери и прикрываю ее за своей спиной.

В коридоре наконец решаюсь взглянуть на экран, когда телефон замолкает. Уже семь пропущенных. Все от него.

Секунда, и телефон вновь оживает в руках.

Что за чертовщина? Что ему вообще понадобилось так срочно, чтобы названивать без остановки? Рука сама тянется к кнопке ответа, хотя все внутри кричит: “Не бери”.

— Слушаю — мой голос звучит хрипло от недавнего пробуждения. Я прикрываю рот ладонью, будто это может скрыть дрожь в голосе.

— Наконец-то! — его голос режет слух. — Я уж думал, что ты вообще не собираешься отвечать.

Я стискиваю зубы, чувствуя, как в висках начинает пульсировать кровь. Бесшумно ступая по прохладному полу, иду на кухню и на автоматизме ставлю чайник.

— Что тебе нужно, Максим? Еще и в пять утра? Ты хоть на секунду задумался, о том что твои дети спят в это время? Ладно я, но они… у тебя совесть вообще есть?

— Не истери. Сходи сегодня в магазин, купи что-нибудь типа торта. Или пирожных. Ну, ты поняла.

Мир вокруг будто замирает. Я слышу только собственное сердце, которое колотится где-то в горле от столь неприкрытой наглости.

— Что... прости, что ты сказал? — переспрашиваю и слова выходят шепотом.

— Не притворяйся глухой. Торт. Ну или что-то подобное. Ты же умеешь выбирать.

Я опираюсь о стену, потому что ноги вдруг становятся ватными. Это какой-то сюр. После всего, что произошло...он звонит с утра пораньше и просит купить… торт? Серьезно?

— Милый, — мой голос звучит сладко-ядовито, с сарказмом, который я даже не пытаюсь скрыть. — А ты номером случайно не ошибся? Или, может, внезапно обрел проблемы с памятью и забыл, что наговорил мне три дня назад? Мне кажется, тебе там есть кому прислуживать и покупать торты.

— Кристина, — его тон становится опасным, — ты угомонишься или как?

“Угомонишься”. Это слово поджигает что-то глубоко внутри. Я сжимаю телефон так, что пальцы немеют.