Книга Развод. Тайна с глазами мужа, страница 75 – Натали Лин, Оксана Рэй

— Дима, прошу тебя, — я чувствую, как голос предательски дрожит. – Не надо. Дай адвокатам и полиции сделать свою работу. Не лезь. Ты его спровоцируешь, он может…

— Он может что? — Дима выдёргивает руку. — Ударить меня? Врезать? Мам, я занимаюсь единоборствами сколько себя помню. Я стоял в спаррингах с мужиками, которые весят под сто килограммов. Я не хвастаюсь, но физически он меня не одолеет, — он переводит дыхание, и его голос чуть смягчается. — А психологически… что он мне сделает? После того, как я увидел его истинное лицо, что он может мне сделать? Вы моя семья. А он… он просто биологический донор, который вовремя не ушёл, — Дима проводит рукой по волосам. — Я не позволю ему больше вас трогать. Никогда.

— И что ты сделаешь? — я смотрю на него. — Ты думаешь, он будет сидеть и спокойно слушать? Он начнёт врать, манипулировать, навязывать свою версию…

— А я и хочу услышать его версию, — он пожимает плечами. — Узнаю, что вообще у него в голове и есть ли в нём хоть капля совести. Но без глупостей, обещаю.

Он отходит к окну, смотрит на улицу. Кухня освещена тусклым светом, и его силуэт кажется мне очень взрослым. Слишком взрослым для шестнадцати лет.

— Завтра встречусь с ним, — говорит он, не оборачиваясь. — Посмотрим, что он скажет.

— Ты хотя бы обещай, что не будешь провоцировать его, — говорю я тихо.

— Не буду, — Дима поворачивается. В его глазах что-то меняется. Появляется решимость, смешанная с холодным спокойствием. — Если он начнёт, я отвечу. Драться с ним не буду. Мы же люди, а не звери.

— Дима, — я подхожу к нему, беру за плечи. — Обещай мне, что если он сделает хоть что-то не так, то ты уйдёшь. Не пытайся быть героем.

— Хорошо, мам. Я просто хочу, чтобы он ответил за то, что сделал. И не только перед тобой, но и перед Аней. Вы не заслужили такого отношения.

Дима

Голова тяжёлая, будто в неё налили свинца. Я открываю глаза и несколько секунд тупо смотрю в потолок. Сначала не могу понять, где я. Оглядываюсь. Точно, я приехал домой.

Вчерашний день возвращается рваными кадрами. Кабинет отца в бумажном крошеве. Мать, прижатая к стене. Рука отца на её горле.

Я сажусь на кровати так резко, что в висках начинает стучать. Всё, что было после того, как я оттолкнул отца от матери, помню смутно. Но его глаза были бешеные, стеклянные. Я никогда не видел его таким. Потом был долгий разговор на кухне. Мама рассказывала, а я слушал и не верил. В такое вообще сложно поверить. И если бы я не стал свидетелем….

Смотрю прямо перед собой и не могу осознать, что человек, которого я считал примером, на которого равнялся, на которого хотел быть похожим, оказался… чудовищем.

Мой прежний мир рухнул. Да что там? Он разлетелся на части и как собрать все воедино я не имею ни малейшего понятия.

Вчера мама уехала обратно к деду. Забрала после школы Аню и уехала. Она звала меня с собой, но я отказался. Я остался здесь. Не из принципа, а потому что мне жизненно необходимо снова увидеть отца и все прояснить. Мама просила не делать этого, но я настоял. Не из упрямства. Я просто должен знать правду.

Встаю. Шея затекла, плечо ноет, похоже, я спал в неудобной позе. Иду в ванную, плескаю холодной водой в лицо. Смотрю на себя в зеркало. Красные глаза, под ними круги. Выгляжу как после тяжёлого спарринга. Только синяков нет.