Книга После развода ты никто, страница 29 – Виолетта Вейл

Инга перевела на нее взгляд.

— Вижу, вы заняты. Я могу зайти позже.

— Нет, — сказала Алиса. — Раз уж пришли, говорите.

Инга помолчала, потом подняла папку.

— Нужно сверить перечень личных вещей, которые вы планируете забрать при переезде. Чтобы избежать недоразумений.

В холле стало очень тихо.

Алиса смотрела на папку в ее руках.

Личные вещи.

Переезд.

Перечень.

Позади, где-то в глубине дома, тикали часы. Ровно. Спокойно. Как будто отсчитывали не время, а терпение.

Надя тихо выдохнула:

— Вот же дрянь.

Инга сделала вид, что не услышала.

Алиса спустилась еще на одну ступень.

— Передайте Кириллу Андреевичу, — сказала она, — что перечень моих личных вещей начнется с детей, дома и половины правды о его первом проекте.

Инга впервые перестала улыбаться.

Совсем.

И Алиса поняла: старый телефон она нашла вовремя.

Инга не сразу нашла ответ.

Это было почти красиво.

Женщина, которая привыкла входить в чужой дом с папкой, как с пропуском во все комнаты, вдруг стояла у подножия лестницы и молчала. Безупречное пальто, тонкая золотая цепочка у воротника, гладкие волосы, лицо спокойное — все на месте. Только взгляд стал другим. Не испуганным. Инга не была из тех, кто пугается быстро. Скорее расчетливым: она пересчитывала новую информацию и пыталась понять, откуда у Алисы взялась эта фраза про первый проект.

Алиса стояла на ступени выше.

Еще вчера она, возможно, спустилась бы вниз, извинилась за резкость, предложила чай, сделала вид, что все прилично. Сегодня не двинулась.

Надя рядом тоже молчала, но ее молчание было громче любой фразы. Она смотрела на Ингу так, будто та была не юристом, а плохо замаскированной трещиной в стене.

— Вы, кажется, неверно поняли цель моего визита, — сказала Инга наконец.

Голос снова стал ровным.

Алиса почти восхитилась этой выдержкой. Умение быстро возвращать лицо после удара — тоже талант. Неприятный, но талант.

— Цель я поняла прекрасно. Вы пришли сверить, сколько моей жизни мне разрешат забрать.

— Я пришла избежать конфликта.

— Правда? А выглядит так, будто вы пришли оформить его инвентаризацию.

Инга перевела взгляд на Надю.

— При посторонних я не буду обсуждать семейные вопросы.

Надя усмехнулась.

— Какая удача. Вы сами в этой семье тоже посторонняя.

Тамара, стоявшая у стены, резко опустила глаза. Возможно, чтобы скрыть мелькнувшее на лице выражение.

Инга не изменилась.

— Я представляю интересы Кирилла Андреевича.

— В его бизнесе, — сказала Алиса. — Не в моей спальне, не в детской и не в шкафу с личными вещами.

— Вопросы переезда и имущественного разграничения связаны с юридической частью процесса.

— Переезда не будет.

— На данный момент…

— Инга Эдуардовна, — перебила Алиса.

Она впервые произнесла ее имя так, как Кирилл говорил с подчиненными: спокойно, точно, без просьбы.

Инга замолчала.

— Я не согласовывала развод. Не согласовывала переезд. Не согласовывала ваш доступ в этот дом. И не давала разрешения обсуждать мои вещи, моих детей и мою жизнь в формате перечня.

— Вы эмоциональны.

— Я внимательна.

— Это разные вещи.

— Вот именно.

Надя тихо хмыкнула.

Инга слегка сжала папку пальцами.

— Кирилл Андреевич хотел бы, чтобы все прошло цивилизованно.

— Тогда пусть начнет с того, что прекратит присылать вас ко мне домой.