Книга После развода ты никто, страница 4 – Виолетта Вейл

За стеклянными дверями начиналась приватная зона для организаторов: узкий проход к переговорной, где хранили папки, подарочные пакеты и запасные буклеты. Алиса знала план комплекса, потому что видела его еще на стадии презентации, которую Кирилл привез домой перед утверждением. Она тогда сказала, что вход в служебную зону сделан неудобно, но ее никто не слушал. Через месяц архитектор поправил то же самое, и Кирилл назвал его наблюдательным.

Алиса прошла по коридору и остановилась у приоткрытой двери переговорной.

Внутри говорили.

Она не собиралась подслушивать. Просто услышала имя.

— …после подписания она не создаст проблем, — произнес женский голос.

Алиса замерла.

Голос был знакомый. Низкий, спокойный, без лишней мягкости.

Инга Рейнер.

Руководитель юридического отдела Кирилла. Женщина, которая всегда появлялась рядом с ним там, где требовалась точность, контроль и холодная уверенность. Она носила строгие костюмы, никогда не повышала голос и умела смотреть так, будто заранее знала, где у собеседника слабое место.

— Вы уверены? — спросил мужчина. Алиса не узнала его. Возможно, кто-то из внешних юристов.

— Абсолютно. У нее ничего нет, кроме фамилии.

Пауза.

— Дети?

— Дети останутся в привычной среде. Это несложно обосновать. Школа, дом, безопасность, график отца, помощь персонала. С ее стороны — эмоциональная нестабильность, отсутствие самостоятельного дохода, зависимость от содержания.

Алиса не чувствовала ног.

Слова не сразу сложились в смысл. Они будто падали перед ней по одному: дети, привычная среда, эмоциональная нестабильность, отсутствие дохода.

— Кирилл готов идти жестко?

Инга ответила не сразу. Когда заговорила, в ее голосе появилось почти удовольствие.

— Он не любит грязь. Но он любит порядок. А порядок иногда требует жестких решений.

Алиса сделала шаг назад.

В коридоре было тихо. Из зала доносилась музыка, смех, звон бокалов. Где-то в глубине комплекса работала вентиляция, ровно и безразлично.

После подписания.

У нее ничего нет, кроме фамилии.

Дети останутся.

Она медленно вдохнула, но воздуха не хватило.

Значит, это уже не мысль. Не усталость в браке, не холод между супругами, не очередной период, который надо переждать. Это были документы. План. Стратегия. Люди, которые обсуждали ее жизнь так, будто она уже вышла из комнаты и не имела права вернуться.

Алиса попятилась и едва не столкнулась с официантом.

— Простите, — машинально сказала она.

Парень испугался больше нее.

— Все в порядке?

Она кивнула.

Нет. Ничего не было в порядке.

Когда она вернулась в зал, Кирилл стоял у макета комплекса. Рядом с ним — Инга. Уже не в переговорной, не в полутени, а под мягким светом, с папкой в руках и спокойным лицом. Она что-то показывала Кириллу на планшете. Он слушал внимательно. Гораздо внимательнее, чем когда Алиса говорила ему вечером, что Миша снова проснулся от кошмара.

Инга подняла глаза.

На мгновение их взгляды встретились.

Не было ни испуга, ни неловкости. Только легкая, почти незаметная оценка. Как будто Инга пыталась понять, сколько Алиса слышала и насколько быстро сломается.

Алиса не отвела взгляд.

Она не знала, что именно изменилось в ее лице, но Инга первой опустила глаза к планшету.

Кирилл заметил Алису через несколько секунд. Его брови чуть сошлись.