Книга От друзей к возлюбленным, страница 115 – Салли Блейкли

— Ни о чем, – говорю я. Не хочу затаскивать Рена в водоворот тревоги, это навряд ли поможет: я просто слишком много думаю и волнуюсь без нужды. Не хочу, чтобы он решил, будто бы я не хочу близости. – Я просто… Я так счастлива.

Он испускает легкий смешок, на губах играет улыбка.

— Не думал, что «Я так счастлива» можно сказать таким тоном.

— Я счастлива, – говорю я, сворачиваясь клубочком ближе к нему, но все еще сохраняя дистанцию между нами. Я хочу от нее избавиться, хочу снова притянуть его к себе, потому что, кажется, только так смогу унять беспокойство. Оно лишь набирает силу. Сейчас, когда я с ним, в его квартире, в его кровати, тревожность выходит на сцену, под софиты. Я не знаю, увидимся ли мы снова после этой недели. Что, если мы больше не встретимся до лета? И без того было сложно оставаться лучшими друзьями на расстоянии. А в последние месяцы каждый раз, когда мы приближались к обсуждению нас, будущего, плана – то уклонялись, оба не осмеливались ничего сказать. Мне кажется, что серьезный разговор может все испортить. Я догадываюсь, что у нас нет никакого решения.

Рен обнимает меня, будто бы чувствуя, как растет моя тревожность. Он просит рассказать про фильм, и я рассказываю, а потом спрашиваю о предсказаниях насчет свадьбы Саши. Мы оба соглашаемся, что Стиви, кажется, встретила своего человека. Я отпускаю шутку, которая наверняка понравится Рену, и звук его смеха отдается где-то внутри меня. Мы говорим обо всем, кроме нас, и я твержу себе, что это нормально.

Я пытаюсь в это верить.

* * *

Утром Рен отвозит меня на квартиру Стиви. Та уже на улице, ключи от машины в руках, подбородок прикрыт воротником пальто. Снега нет, но сегодня холодно. Кончик носа у Стиви отчетливо красный. Она подходит к окну машины и опирается на него локтями, а я опускаю стекло.

— Как тебе диван у Рена? – спрашивает она.

— Перестань, Стиви, – говорит Рен с шутливым разочарованием. – Ты же знаешь, я бы никогда не позволил Джони спать на диване.

— Значит, дух рыцарства еще не исчез, – комментирует Стиви. Он усмехается, а она показывает ему язык, потом постукивает по краю стекла. – Идем. У нас бранч через полчаса. Саша не простит, если мы опоздаем.

Я открываю дверь, отпихивая Стиви. Волосы у меня все еще влажные после душа, который мы с Реном принимали вместе. Рен стоял позади так естественно, как будто мы проделывали это не раз. Я поворачиваюсь к нему в надежде, что Стиви не заметит, что его волосы тоже не совсем сухие, что я пахну его мылом.

— Увидимся на предсвадебном ужине? – спрашиваю я, игнорируя легкую пустоту, которая поселилась в животе по дороге сюда, ведь эти выходные уже не только наши.

Он кивает, его взгляд скользит по моему лицу.

Стиви уже отошла к входной двери и переминается с ноги на ногу, потирая руки.

— Идем! – кричит она нетерпеливо.

— Ладно, – говорю я, наконец отрывая взгляд от Рена и выпрыгивая из машины.

— Джони, – окликает он через окно, когда я отхожу на тротуар. Стиви громко ворчит в знак протеста, но я возвращаюсь к машине и наклоняюсь к пассажирскому окну.

Одна рука Рена лежит на руле, когда он поворачивается ко мне, губы сжаты в линию.

— Мы обсудим это. Мы во всем разберемся. Ладно?

По его лицу я догадываюсь, что всю ночь мы думали об одном и том же.