Книга Спасти 6-го, страница 218 – Хлоя Уолш

— Помню, – хмыкнула я. – В этом году она особенно в тему.

— Факт. – Джоуи тяжело вздохнул. – Не представляю, как ты протянула со мной целый год. Другая на твоем месте давно бы бежала сломя голову.

— Меня не испугать, забыл? – парировала я и, подавшись вперед, протянула ему раскрытую ладонь. – Я не из тех, кто бежит от проблем. Как и ты.

Джоуи долго смотрел на мою руку, прежде чем накрыть ее своей. Наши пальцы переплелись.

— Слишком мы упрямые для бегства, верно, Моллой?

— Или слишком влюбленные.

— Да, – глухо отозвался он и поцеловал мою ладонь. – Или так.

ДЖОУИ

Я понимал, что стремительно качусь в пропасть без единого шанса остановиться или хотя бы притормозить и в своем эгоизме тащу любимую девушку за собой.

Мне не хватило благородства поступить с Моллой по-человечески, хотя вчера у меня была прекрасная возможность отпустить ее, перестать мучить, но в последний момент язык не повернулся сказать нужные слова.

Я не мог отказаться от нее.

Не мог спустить курок.

Казалось, я вдохнул ее так глубоко, что разум и сердце мне больше не повиновались. И хотя легкие горели огнем, я боялся перевести дух без стопроцентной гарантии снова увидеть ее лицо – вне зависимости от того, заслуживаю я этого или нет.

Вчера в «Служанках» ее красота буквально сразила меня наповал – и речь сейчас не только о внешности.

У Ифы Моллой было поистине золотое сердце, и она безоговорочно вверила его конченому мерзавцу.

Она была моей единственной отдушиной посреди бесконечного кошмара.

Единственным лучиком света, и меня бросало в дрожь от мысли об убогости моего существования.

Без нее все утратит смысл.

Без нее не станет меня.

Раздавленный и деморализованный жизнью, я отчаянно цеплялся за Моллой; отпустить ее – значило лишиться всего, вот почему мне не хватало сил разжать руки.

У меня не было ни запасного плана, ни страховочной сетки на случай, когда все полетит к чертям, а оно полетит.

К гадалке не ходи.

Людям вроде меня никогда не выпадает второй шанс.

Когда Моллой опомнится и бросит меня – а это обязательно произойдет, – я останусь совершенно один.

Черт.

Перед глазами снова встал вчерашний вечер, закончившийся дома у Моллой.

– Что ты делаешь? – шепнула она, возникнув на пороге ванной; я стоял к ней спиной, прижимая к носу свернутую трубочкой десятку. – Джо?

Втянув измельченный в порошок D2, я вцепился в раковину и, шумно выдохнув, приготовился к неминуемому скандалу.

Моллой молча шагнула ко мне и обняла со спины.

– Идем в постель.

От удивления у меня на секунду пропал дар речи.

– Но ведь ты своими глазами видела…

– Знаю, что видела, – шепотом ответила она и поцеловала меня между лопатками. – Идем в постель.

Совершенно одуревший от принятой дозы, я вытянулся на кровати, позволив Моллой забраться на меня верхом.

Ее лицо навсегда запечатлелось в моем сознании. Я кривился от боли, был под кайфом и на грани срыва, но ее лицо…

Боги, ее лицо затмевало собой все вокруг.

Ее аромат обволакивал, волосы падали мне на глаза, когда Моллой, наклонившись, целовала меня в губы и делала всю работу.

Она сияла.

Честное, блин, слово – сияла.

Лунный свет озарял ее, наполнял мерцанием.

Такая всесильная.

Она целиком подчинила меня себе.

– Ты злишься? – заплетающимся языком спросил я, испытывая слабость и растерянность перед ее спокойствием.